Статьи

                                            Глава десятая

                                           ДЕРЕВО АБРИКОС

                                                            27.

    Дворцовая таинственность умирала. Свет мягко проникал сквозь шёлк жёлтых штор. В переходах и внутренних комантах полумрак. Светильники не зажигали.

    Тяжёлая осада столицы полчищами Чингисхана заканчивалась смертельной жаждой.

    Царица подожгла сухую палочку оживить светильник в коридоре к покоям государя. Толстый нагар. Сбоку встроена миниатюра - голова коня - прихватка острых щипчиков. Ловко обрезала верх фитиля. Но запалить раздумала. Гулкие шаги. Государь бродил по дворцу. Последовала. Она ничего не чувствовала: ни горя, ни разочарования, ни ярости гибнущего мира. В каждой клеточке прекрасного тела сосредоточена великая цель мести исчадию ада.

    Царь вернулся с восходом солнца, прижимая к груди мальчишескую шапочку, украшенную драгоценными камнями. Сыночка (пасынка царицы) умертвили ядом и опустили в глубокий колодец, вместе с драгоценностями цартсва Си Ся. Участвующие в погребении царевича родственники покончили жизнь самоубийством. Упокоились во втором "сухом" колодце - до воды так и не докопались. Воины, засыпавшие могилы-колодцы, напоены отравленным вином. Лежали, кто где. Похоронить некому - весь гарнизон в обороне на стенах...

 

                                                             28.

    Шаманское сражение Дэ с Чингисханом. Перед ним царь предупредил жену:

    Возможно, с битвы вернусь "ребёнком" или "юношей". Или немощным "стариком", без силы власти. Блаженным. Не в состоянии напоить народ, спасти от гибели и рабства. Победит хан, народ исчезнет пылью по Пустыне. Я - тайная дверь. Враг ворвётся через неё! Кому из Небесных понадобилась гибель народа-минья? Подавление одних другими для какой-то цели? Или уродливому мозгу монстра?! Монстра, управялемого не сверхсилами, а изуверскими фантазиями и тщеславными мечтами. Нет за ним ничего великого, а только звериный инстинкт.

    Она смотрела холодно прямо в глаза царя и жестоко молчала.

    Духовная "битва на расстоянии" оговорена послами сторон. Выигрывает царь, враги уходят. Если хан, царь отдаёт царицу Гурбельджин-гоа на утеху. Си Ся, на следующее утро, преклонится на владение победителю.

    - Во хва идиу та а нвэ на? (Знаешь ли, жена, какой смысл в том уговоре?)

    - Люу чхиа ми шие тха шией лхио лдие люу чхиа шие циен су к хвей ве рие лдиэ киы иэ? (Что из двух истин для нас драгоценнее? Сделаем так, если рухнешь!)

 

                                                                29.

    О Гурбельджин-гоа ведали до Амура, и далее Пэктусана, и до Ламу-моря и Ламу-океана. Рассказывали в Забайкалье, на родине, и в Прибайкалье до Енисея. В сохранившихся поэтических восклицаниях "до невероятных тайн Подземелья и бездн Океана, горних высей... и далее, далее - до невидимого глазами!" Тангуты восхищались: "Вией пхон лдеы хва рие леи!" - От неё веет ароматом чисто-белого первого снега на горных пастбищах, перемешанным с тончайшим запахом цветущего абрикоса. И национальный танец "Ящерица" чудесен под деревом абрикос! И главный танец дерева, с забытым древним смыслом, потрясающим, когда танцуя, изящная Гурбельджин-гоа вдруг застывала, превращаясь в неподвижное цветущее дерево, обтекаемое вечностью, медленно-медленно оживая от кончиков пальцев... Мир млел, востороженно "погибая" и вопрошая в порыве вселенского ужаса: "Ни хва су ндэюо нгу?" - "Ты кто? Ты человек?"

 

                                                                30.

    Полутёмная тишина. Все на крепостных стенах.

    Тангутский царь Дэ восседал в мрачности залы "Торжеств". Понурившись, долго не позволял себе признаться: тяжелейшая шаманская битва проиграна. Не осталось воли в могучем человеке. Сбросил царское одеяние. И потерялся. Затаился в глухой комнате гаданий, волшебства и астральных судьбоносных битв. Стены особого помещения из жадеита. Тёмно-зелёное свечение уже не распахивало пространство. В нём вселенские враги недавно и как будто тысячи лет назад сшиблись в яростной битве. Превратившись в золотых псов. С морд струилась алая горячая кровь. Хан всегда и во всём выигрывал подлостью, обманом, предательством. Начиная проигрывать, хан понял, что и в подлости они равны: царь Дэ подменил себя любимой собакой, сидя на ней. Тогда хан, не предупредив по канону, внезапно стал ядовитой пёстрой змеёй, вцепился смертносными иглами-зубами в нос пса и тот издох. Хан увидел исчезающее чёрное пятнышко на стенке шатра, ударил мечом, перебив подколенное сухожилие царя Дэ.

    Ещё три дня и три ночи царство тангутов и все земли окрест содрогались от битвы...

    Обрушилась неподвижность и мёртвое безмолчие. Из чингисхановского шатра, установленного у реки Эдзин, отведённый от крепости плотиной, оставив умирать защитников от жажды, усталое изречение:

    - Когда Ли Ян (царь Дэ) преклонится к моим ногам и будет молдить о пощаде, дам знак. Сожму пальцы в кулак. Снимите с правой ноги его пёстрый шнурок. Подведёте его жену. Скажите: "Вот та мразь, которая не смогла тебя защитить!" И удавите царя. А шнурок сжечь, чтобы даже волоска не осталось...

 

                                                                   31.

    Царь и царица медленно обошли родные покои и залы, прощаясь с опустевшим дворцом. Пустота! Они не увидели ничего нужного на краю бездны Небытия.

    - В чём смысл "перемешать" племена и народы"? Почему они уничтожаются или рассеиваются жестоко, расчётливо, умело? И так бесконечно... - Размышляла царица.

    - Гурбельджин-гоа, кху шюе нджие тву нджэ ндэ дын иэ лдеы хва о! - "Ни при каких обстоятельствах не спрашивай у лисицы, где живёт шакал!"

    - Хва-су пху вы чхиа мби ндиын и. - "Зависит от того, на каких ветвях дерева поёт птица". Конечно, разве есть смысл спрашивать того, кто не имеет ответа... Лиса бежит - знает куда! Знает и птица, на какую ветвь абрикоса сесть, чтобы петь. И шакал выбирает нужное место, чтобы там выжить. А мы? Мы знали направление пути? Для чего суета сует людей?

    Царь промолчал.

    Поздним вечером в стан хана от царя явился посланник. Все условия монгголов принимались, с законной просьбой "позаботиться о царице Гурбельджин-гоа". Ночью, тайно, чтобы не проведали тангуты, она будет передана.

    Высокопоставленные минья (тангуты) категорически воспротивиличсь выдаче. Требовали умертвить.

    К Гурбельджин пришли обречённые жёны и дочери сановников и военачальников. Мужья уже схоронили убитых детей. Элита, готовясь к последней битве, по законам времени, совершали милосердие. Знатный лично убивал родных. Враги страшно надругались над пленными - родичами начальников. Также тангуты убивали лучших учёных, мастеров, земледельцев, чтобы не смогли служить противникам.

    - Подруги мои, - сказала Гурбельджин-гоа, - поднимитесь над миром до звёзд. Прозрейте. Кху мие ндзюо нджвиы тха са! - "Во дворце царские люди уже покончили с жизнью". А я умру, услышьте, когда "выполню". Спасшая меня старуха Пхинь, сбежавшая из плена чжурчжэней, давным-давно сказала: "Ты познаешь, как из-за тебя цари одновременно ударят в друг друга копьями. И тобой всё закончится - нить минья прервётся. А тебе "Миэ иын жие вие!" - быть женой Нгвэ ндэвиы (Небесного государя). Прикоснувшийся к тебе, погибнет страшной смертью. А губителя минья от тебя и головы маленького золотого коня "из земли в землю будут волочить, пока не сгниёт до костей. Но и тогда ему не будет покоя!"

    - А можешь ли яснее, скажи нам, чтобы мы умерли с возвышенной душой?

    - Иын циын каы нюи ку чюе ишей ми мэ лдиэ шией нвэ ку ми мбу лдеи хва о. - Оцениваю себя и его по-человечьи, без скорлупы прилипшего величия, чтобы не упустить преимущество. Понимаю суть неба - мне непременно победить.

    - Да будет так. - Женщины поклонились любимой царице и обратились с последней просьбой "не убивать учительницу детей знати - Цахэ". Её, постановлено, зарубить мечом. Теперь обречённые подруги царицы вступились за неё: "Юэ-сие хеи назие миы су риа нгиын". - "Эта женщина как учёный и умелец в каллиграфии превосходит всех! Она допишет посленюю страницу..."

    Правитель согласился с царицей. В священную Ступу свезли все книги и  рукописи. Учительницу Цахэ замуровали в Ступе вместе с бибилиотекой. Страницы конца истории минья (МИН-Я) Цахэ спрятала под одеждой. И они погибли от разложения её тела.

 

                                                                 32.

    Битва царей (Чингисхана и Дэ вана (Ли Яна) есть и в шаманском предании. Хан - хищная птица, с железным клювом и красными сверкающими глазами. Птица с поднебесья свистящим "камнем" в золотого пса царя Дэ. Пёс мигом перевернулся на спину вцепиться острыми зубами в мощную птицу. Превратилась во льва. Порвал горло волшебной собаке. Воплотившись в старика, с неимоверной силой разорвал пса надвое и отшвырнул в разные стороны. Одна часть превратилась в рыжего тигра, другая - жёлто-пёструю змею. Она вцепилась в старца, призывающего:

    - Выходи! Вот я!

    Тигр прыгнул... и обратился прекрасным рыжеволосым юношей. Хан пронзил его серебряным копьём. Старец не удостоен божественной тайны древнего Бога Чифэн, Отца Амикуна, - "убивая, убиваешь Синтея (себя)".

    - Я победил! Убил твоего пса!

    - Я побеждён! Но и я убил тобой твоего Синтэя (Синтэй - часть Бога в человеке и его мера жизни). Мера твоя, хан, на исходе. - Юноша распался, превратившись в траву, а куту (душа его) в перекати-поле и унесена ветром.

    - Она моя! Приведите Гурбельджин-гоа. Так ли велик её танец!? - Женщины тщательно осмотрели, удивляясь красоте. Нагую впустили в ханский шатёр и стремительно удалились. Царица-рабыня начала танец "Дерево абрикос": всё рождается, живёт и умирает. В звенящей тишине вскрики хана - обыкновение - и громкий женский смех.

    Из шатра выскользнула Гурбельджин-гоа. В предании " "Ни кхэвэ вие" - "Измазано прекарсное лицо (нижняя часть) ханской кровью; кровь на руках, на грудях. Царица, отшвырнув щипчики из светильника, прыгнула в реку и канула. Хотели достать царицу. Да уже далеко-далеко она у родных меркитских скал-останцев над абрикосовой рощей.

    На рассвете следующего дня привели царя Дэ вана. Силой опустили на колени поодаль от шатра. Царь, ожидающий выхода хана, всмотрелся в тёмный открытый вход шатра хана. В полумраке серое лицо сидящего неподвижно хана. Мертвец!

    - Кланяюсь тебе, - закричал царь, - с великим восхищением" - и на тангутском: - Мио иын ндзу лдсы мбиын! (Моя любимая жена!)

    Военачальники закричали: говори на монгольском.

    - Ожидвающие вас черви, уже копошатся в земле. Для вас, свидетелям правды, лучше бы оставить меня живым. Поднимм Восток и Запад. Уничтожим потомство Чингисхана. От мала до велика! Встаньте на мою сторону. И вы предстанете перед вечностью. Если вы удушщите меня шнурком моих предков, не пройдёт и трёх дней, как произойдёт ваша мучительная гибель, чтобы сохранить позорную смерть хана, раздавленного как вонючее насекомое Великой женщиной.

    Военачальники удивлялись прямоте государя Дэ вана и его знанию правды.

    Царь Дэ удостоен вечного имени: "Шидургу-хаган" - "Знающий правду".

    Командующий тюркскими подразделениями сказал:

    - Зачем нам пустота? Как только первая капля твоей крови падёт на землю и вытечет через рану твоя душа, по велению Хана, Эдзина будет землёй моего народа! - и отсёк царю правое ухо клинком...

 

                                                              33.

    Апокалипсис Си Ся, в историческом времени, произошёл недавно, 796 лет назад. Сменилось всего тринадцать поколений людей. В 1227 году государство Си Ся уничтожено чингисхановскими войсками.

    Си Ся - полноценное государство, возникшее на основе этнической оригинальной культуры, поэзии, философии, закнодательства, военной науки, орошаемого земледелия и племенного животноводства. Кони и верблюды тангутов ценились во всех жарких регионах. Минья (тангуты) имели развитую языковую культуру, письменность, литературу. Несмотря на государственную религию буддизм, отношения в обществе складывались на принципах "око за око, зуб за зуб". Процветала вендетта. Масштабы кровной мести столь губительны для населения, что правители вынуждены запретить кровную месть и заменить материальным возмещением. Стихийная месть осталась, конечно, но не в таких масштабах. Ещё штрих нравов минья: детей женили  без их согласия. Влюблённость случалась. И тогда насчастным позволялось уйти в горы убить себя.

    Тангутское государство Си Ся рабовладельческое. Рабы - основная производительная сила. Они нещадно эксплуатировались. Содержались в нечеловеческих условиях - в ямах. Из-за выской смертности, рабская сила требовала постоянного пополнения. Захватнические войны против соседей: китайцев, тибетцев, чжурчжэней, татар (монгголов). Си Ся - постоянный агрессор. Значение тангутского государства, для стратегов Чингисхана, сам он, как военачальник - полное ничтожество, серьёзное из-за возможности оюъединения тангутов и чжурчжэней. Если бы сие случилось, то Поднебесная к ним отбязательно примкнула. Не обладая воинскими достоинствами, Чингисхан обладал пронзительным чувством истинности. Поэтому согласился не спешить, а с мудрым споокойствием взирать на войну Си Ся и Цзинь ("Золотой империей"). Десятилетняя война серьёзно подорвала мощность государств. Опасения  объединения Дальневосточных государств начали сбываться в 1224 году. Дэ ван согласился заключить мир с чжурчжэнями. Начал восстанавливать мирную жизнь, необходимую для обретения прежнего могущества. Момент истины для монгголов настал! Цзинь (Золотая империя) не в состоянии ввязаться в новую войну. Поднебесная как всегда заняла выжидательное наблюдение, стоившее им в недалёком будущем страшного поражения...

    Осень 1227 года государство Си Ся пало, народ практически прекратил существование: часть превращена в рабов, часть влилась в войско монгголов, большая часть уничтожена. Река Эдзина, отведённая от столицы тангутов, "ушла в песок", обезжизнев округу. Ближе к горам начали возникать поселения нового, теперь уже тюрксого государственного образования.

 

                                                 Конец второй части книги

 

                                                 (Продолжение следует)

 

                                                 Александр Гурьевич Латкин.

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

                                                 Глава девятая

                                                ДЕРЕВО АБРИКОС

                                                                     19.

    Пелена на окоёме - предвестник песчаной бури. Толсто скроет следы навсегда, как будто ничего не было и только ещё будет. День смутно багровый - солнце пылает горячими волнами жёлто-серой духоты.

    Вань Чжоу, увидев командира, остановился. Сэллик энергично показал: скорее! На караванной дороге очередной разъезд. Всадники весело переговаривались.

    Отпрянули вглубь зарослей ивняка. Распадок галечный - когда-то ложе реки. Бегом, словно уже обнаружены. Отворот в узкое ущелье. Круто. Где на четвереньках, где ползхком Сэллик добрался до края. Распахнулось редколесное предгорье. Вань Чжоу пыхтел далеко внизу. Слева пустынная степь - бывшее дно моря Тесис. Скудная иссохшая трава: ковыли, мятлики, перекати-поле, волосенец... Степная полоса бугристая, перемежёвана широкими языками серого песка; борьба пустыни с живым миром.

    Никого?!

    Неожиданно, не свистнув предупреждающе, из укрытия ловко спрыгнул старик. Вспышка напряжения - готовность к бою ножами. Старик спрятал клинок.

    - Я думал, ты меня увидел. Где Чжао?

   - Поднимается.

    - Тогда коротко. С Бани поговорили. Вот уж чего не ожидали! Он послан убить "человека в маске". При угрозе плена. С "человеком" обошлось?

    - Хорошо, - отдышавшись. - Будь на чеку всё время. Доставим Бани живым и невредимым.

    - Невредимым не получится. Да, тебя предчувствия не обманули. Ты в списке. Участник в перевороте на стороне Дигуная. А ненависть ко всему дигунаевскому нового императора велика.

    - Ладно, иди. Вань Чжоу на подходе. Никому и ничего! "Читай" меня - не пропусти знак. Всё будет решаться в два дня. Пришло: хочешь спастись - беги!

 

                                                             20.

    Вань Чжоу? "Придавили" его чем-то из прошлого. Скорее, доказали государственную необходимость, по сути, его убили. С другими бы "работать" не стали. Не тот уровень. Они - обнаружил, оценил, выжил и донёс сведения, или нашёл - уничтожил. Выше или ниже -  бойцы бесполезны.

    - Можно выходить на твой прямик, - рассказывал Вань Чжоу. - Женщина. Старуха. И ребёнок. След наш потеряли. Кочуют по кругу. В бурю "заснут". Так что уходим.

    Сэллик не ответил.

    Спустились к отряду. Сэллик настороженно всё время шёл позади Вань Чжоу, хотя момент для нападения ещё надо найти, чтобы бойцы не порубили на кусочки.

    Разведчики внимательно вглядывались в мрачное лицо командира, ожидая решения.

    - Так... Бани будет молчать. Это вовсе не угрожает. Сведения им выданы. Может серьёзно поплатиться. Выбросьте из головы! Доставьте его живым.

    - Кэнедем сунэ, - откликнулся из балагана Бани.

    - Здесь немного отдохните. Меня не ждать.

    Вдруг Вань Чжоу повёл себя странно, удивив даже бывалых. Недвольно и напористо:

    - Мало ли людей бродит по пустыне. Их дела! Сам же всегда так говорил. И как мы без тебя выйдем к заставе? - Сэллик и виду не подал: подозрение не просто усилилось, перешло в уверенность. Нервничает. Мой уход сбивает с настроя? План рушится?

    Пояснил старику:

    - Амин, третьим спуском? Так поведёшь отряд через пустыню. Без остановок. Надо выскочить до "стены" бури. Я догоню. Или обгоню. Через Онгнё - песчаную реку.

    Онгнё (искажённо: Огней) - так назывались высохшие речки, когда-то питаемые "умершими" ледниками Оледенения. По сухим руслам, слежавшимся в древности, в затвердевших берегах, текучие пески. Преодолеть "песчаную реку" незнающему "где и как" - не получится; пески зыбучие, провалишься, и потащит до глубины страшной смерти.

 

                                                              21.

    Произошло необъяснимо мистическое, ведь Сэллик хотел, даже жгуче желал именно это. Только-только недавно начал жалеть, что не взял Её. Возможности вернуться в Цинь нет. И уже началось возвращение на прародину - на Тунгир, сливающийся с Нюкжей (Дырылдой), образуя Олокму (Олёкму). Мог исполнить великую мечту каждой рабыни вернуться в родную страну цветущих абрикосов.

    Старуха - тангутка Пхинь.

    Она учила Сэллика разговорности на языке минья (тангутском) и обычаям народа. Теперь, глядя в её радующиеся зелёные глаза, понял, предчувствовал смертельную опасность благодаря поучениям Пхинь. Она преподала умение "договариваться" с собой понимать предвидения или  предчувствия, сны, раздичные реакции-сигналы тела, наделённых той или иной договорной информацией: делай или не делай так, остановись и затаись, берегись нападения и т.д.

    Став состоятельным, он выкупил Пхинь отправить на родину. Разъяснили: лучше её похоронить где-нибудь в тайге. Она знает кое-кого из разведчиков "тангутского направления". Учились у неё языку. Ей хода на родину нет. Головой за неё отвечаешь...

    Её знаниями давно не пользовались, кроме Сэллика. Не раз она умоляла отпустить домой. Неизменно отвечал на тангутском: "Мби ми шие миын ве тхиы рие кюей тией миын!" - " В твоём народе говорят: пока пшеница не созрела, её нельзя косить".

 

                                                                  22.

    Истощённая старуха Пхинь, несмотря на издёрганность миражами, крепка, в здравом уме. Измученный ребёнок, укутанный в покрывало, спал в расщелине останца; около него, спрятавшихся от палящего солнца, обнаружил.

    Она кивнула на дитя.

    - Тиын нга иын ндзиу нга ну тха циы лдеы. - "Если любишь меня, то должен любить и его".

    - Ни ти сюе хией нга ми нгиу на! - "Ты не беспокойся, я спасу вас, я на твоей стороне". - Он вытащил из котомки сушёную конину, копчёную свинину, флягу с водой. Старуха, искушённая жизнью, чуть-чуть поела сама, покормила полусонное дитя. Выждав, ещё по кусочку. Наконец, он спросил: - Как ты решилась?

    - Когда ты обрился наголо под туфа (тангутского солдата, земледельца, скотовода) и положил в суму чёрный тангутский халат, поняла "куда". Пришёл час искупления. Иын риэ вие идэвей та жиэ лхсы нге лиэ. (Мои грехи тяжелы, искупить их трудно).

    - Да уж какие там грехи?!

    - Я служила заклятому врагу, убившему мою семью, сделав меня "мёртвой". Я взяла внука и последовала вперёд тебя. Когда добралась до кардона, уже не верила. Нет, думала, не преодолеть пустыню. А тут и вы прибыли. Мы прятались в сарае рабыни-тангутки. Она сказала, вы коней оставляете в крепости. Догадалась, пойдёте опасным коротким путём... А два дня назад вы почему-то ушли ночью. И мы потеряли след.

    - Слежку обнаружил... вас.

    - Текучи здесь пески. Текут, текут... Вот я уже на краю жизни. А они всё текут, текут. То, что я, Тхи, тебе скажу - не по нраву будет. Но сохрани "холодную голову". Та тангутка подслушала разговор твоего бойца и начальника. Тот, что с вами приезжал. На возвратном пути тебя убьёт чжурчжэн...

    - Не кореец?

    - Нет. Корей прибыл на другой день. Тха-шией циан лда ма лдией ни шион Вань Чжоу. (Боялась, что мы попадём в руки Вань Чжоу, он ведь меня знает).

 

                                                                23.

    У караванной дороги, прощаясь, Сэллик объяснил:

    - Через какое-то время вам навстречу выедет конный дозор. Как и о чём с ними говорить есть? И это ведь девочка. Почему ты меня обманула?

    - Так надо, Тоба (чилчагирское семейно-родовое имя Сэллика). Очень важная девочка княжеского рода Меркитов - "ящеров". Она одна выжила в бойне с татарами. Её отправили в Си Ся, к родственникам, очень серьёзным начальникам двора. Её доставили по Амру с Аргунских земель. Сопровождали десять лучших воинов. Джурджэни (чжурчжэни) их убили. Один, раненый, нёс её. Мы вовремя встретились в диком поле - травы лечебные у земли "просила". Он мне всё рассказал. И умер. И я успела девочку унести до погони. Её зовут Гульберджин. Спасение девочки оправдает меня перед Высшими силами. И мне есть что сказать тангутским воинам.

    - Прощай, Пхинь. Больше уже никогда не увидимся. Мне "бежать и бежать". Да и тебе торопиться надо - буря надвигается. Стеной идёт в двух днях, когда повернёт к нам, на север...

    ...Теперь всё сжалось в одно мгновение.

    Сэллик знал перекат "Песчаной реки" - твёрдое дно. Место называлось "Инга" (Камень). Через него песок перекатывался тонким слоем. Местность сильно поменялась. Но рискнул. Воткнул посох в песок, закрепил конец тонкого маута (аркана), перешёл, и уже уверенно вернулся за посохом.

    Сократив путь вдвое, опередил отряд. Дождался на линии извечной борьбы пустыни и леса. Отправив разведчиков и "чужака" Бани к заставе, остановил Вань Чжоу и старика. Стояли молча, мрачнея и собираясь с силами. Времени у всех в обрез! Когда отряд отошёл далее "длины крика" и скрылся за бугром, Сэллик незаметно подал (оскалив зубы) недоумевающему старику сигнал: к бою!

    - Вань Чжоу, я взял тебя из солдат. Сделал тебя своим заместителем. Я предложил тебя вместо себя... Ты купился! Мы решили тебя проверить. Тебе приказали меня убить, зная, что это невозможно. И ты согласился. Что скажешь?

    Вань Чжоу метнул тяжёлый нож, целясь в шею командира. Сэллик мгновенно встречным ударом кулака отбил клинок в сторону. Чжоу, с рёвом докричаться, побежал за отрядом. Как молнии мелькнули руки старика - левая. правая. Ножи глубко поразили бёдра бегущего. Упал и пополз, поскуливая.

    - И? - старик расстерян.

    - Если жаль -добей. А нет, пережешь ему сухожилия. И раздели хребёт. Старик немедля подошёл к поверженному, выдернул лезвия. Придавив коленом на поясницу, нащупал позвонки и воткнул лезвие между ними.

    - Ты и меня предал, Ванчжо! Так ты, Тоба, всё знал. Проверяли...

    -  Нет, конечно. Ничего я не знал. Ничего! Значит, амин, уходим на Тунгир. Сейчас иди на заставу, отпусти моего коня. Седло просто прицепи надёжно, и попону. Буду недалеко от крепости до ночи. Подбери момент. Чужаку скажи, по секрету, что поубивали друг друга. Будут тебя допрашивать. Скажи, что мы отошли зачем-то и там схватились и  порезали друг ддруга насмерть. Буря скроет - проверять твои слова не смогут. Буду ждать тебя на устье Эмэсэр (Амазара). Месяц тебе хватит. И мне добираться не меньше. Ну, всё! Теперь мы уже в другом времени и в других землях. В путь!

 

                                                               24.

    Император Улу (Щицзун) - внук Агуды, ценил незыблемость слова и справедливое отношение к жизни. Улу знал зачение каждого сановника и военачальника при Дигунае. Родичи погибших жаждали возмездия. Ненависть Улу к Дигунаю глубочайшая. Солдатам войска, под командованием военачальника Елюя Юани, и он сам, получили щедрые привилегии за убийство Дигуная. Улу, воцарившись, построил на месте захоронения жены небольшой храм. Ходил туда по огроженной высокой оградой тропе. Долго "разговаривал" с ней, советовался. Улинда - невероятно красивая жена Улу приглянулась Дигунаю. В 1151 году он объявил, что берёт Улинду в жены. Улу "сбежал" в загородный дворец матери и там затаился. Улинда  поняла предательство мужа и покончила жизнь самоубийством.

    Улу (шицзун) провозгласил неотвратимость наказания. Постановил в разборе преступлений Дигуная применять смертельную казнь только к участникам кровавых репрессий, при "первом и втором" заговоре, уничтоживших всех потомков значительных родов династии Ваньянь. В живых остались только ближайшие родственники Дигуная, в том числе, и принц Улу. Остальным Улу объявил амнистию. Разведчик Сэллик, как участник убийства Хэла (Сицзуна), под амнистию не попал.

 

                                                                 25.

    Идея мирного сосуществования с соседними странами выглядит красиво, но утопична в реальности, поскольку идеология борьбы за "место под Солнцем" выработана за миллионы лет, сформировав текущую Цивилизацию, начавшуюся 66 млн. лет назад. Император Улу верил в ложность незыблемого закона государственного устройства: хочешь мира - готовься к войне, не уставая предполагать превосходство врага. С воцарением Улу, соответственно с его философскими воззрениями, наступила относительная эпоха мира и благоденствия - время возрождения бохайской тунгусской культуры. "Золотой империи" сорок восемь лет прекрасной жизни. Из них 28 лет правил Улу (Ши), заслужив историческую оценку, как "самый деятельный правитель Цзинь".

    Правление началось подавлением восстания киданей. Одновременно с военными действиями, император засылал переговорщиков к киданьским князьям, тайно, чтобы не подставлять, предлагал мир и тесное сотрудничество ( у него зрела ассимиляционная идея, заимствованная у хань). Операция завершилась успешно, явившись историческим значением в рождении новой этнической формации - манджуров.

    Двойную стратегию Улу продолжил в отношении китайцев, тангутов, кочевых племён тунгусов и сяньбийцев. Однако  не удалось наладить отношения на мирных условиях с ханствами забайкальских и приаргунских татар. Почти каждый год чжурчжэни проводили военные операции устрашения и обессиливания военных образований Забайкалья.

    С Китаем. Уладив отношения с киданями, через два года, в 1163 году, Улу возобновил войну, начатую Дигунаем. Война шла с переменным успехом. А в "тайной" Улу одерживал победу за победой. Китайский император Чжао Шэнь (Сяоцзун), пришедший к власти летом 1162 года в результате отречения Гаоцзуна (потомки оценили его как национального предателя, что совершенно неверно) в пользу приёмного сына. Сяоцзун вообразил себя великим полководцем. Приблизил к власти военную элиту. В 1163 году, неправильно просчитав вялотекущую войну с чжурчжэнями, сунский император начал решительное наступление на чжурчжэней. Улу оперативно ввёл в сражение основную армию. Китайцы потерпели неудачу не из-за того, что плохи солдаты (они были и есть отличные воины), а из-за просчётов командования. В 1165 Сяоцзун признал поражение, объявил себя вассалом "Золотой империи", заключив мирное соглашение, возобновив условия договора 1141 года. Как и предлагал Улу в тайных посланиях "сильным двора Сун", размер дани уменьшен до посильного.

    Следующий шаг: добиться мирного соседства с Кореей. Удалось в тайных переговорах продвинуться. Но случилось чрезвычайное проишествие. Оно могло привести к войне. Корейцы стягивали к границам войско. Влиятельные чжурчжэни настаивали нв возможности напасть на Корею. Дело в том, что один из наместников Кореи (Пу?) восстал и перешёл к чжурчжэням, сообщив, что в Корее многие поддерживают вторжение тунгусов. Вместо пышного приёма, наместник Пу немедленно схвачен и демонстративно передан корейскому правительству, заслужив доверие корейцев к Улу.

 

                                                              26.

    Улу убеждал: мощь государства усиливается внутренней политикой. Действия императора подчёркивают глубокое понимание структуры многонационального государства - проблему проблем: национальный дух (можно сказать, Бог)! Его подавление - "манкуртизм" ( или по-тунгусски: "выжигание" национальной культуры, языка, истории) - вызывает вековую ненависть. Рано или поздно, становится неискоренимой фобией. Сам Улу не утратил национальную духовность, несмотря на сильное влияние матери. Она из известного бохайского рода Пусан - из китаизированной семьи. Улу - приверженец китайской культуры и образован в классическом китайском духе. Он блестяще знал китайскую классическую литературу. Однако национальную политику начал выстраивать на борьбе с китаизацией. Император, между прочим, сочетал развитие духовное с физическим - был прекрасным спортсменом. В истории он оценивался одним из лучших стрелков из лука среди офицеров. Всесторонне развитый человек, как личность, так и как военачальник. При его правлении проводили массовые мероприятия, состязания. Он велел возрождать подлинную национальную историю, по фрагментам коей мы можем судить о себе, познавая собственную историю. "Увековечивалась" память заслуженных предков, сооружались памятники, строились храмы...

    Основная угроза этнического "поглощения" исходила из Поднебесной. В средние века - полная ассимилдяция, вторым этапом - метизация и окончательное исчезновение народов в нации Хань. Как могли, китаизации сопротивлялись тюркоязычные и монголоязычные народы. Тунгусский император Улу предпринял ряд защитных мер. Настрого запретил брать китайские фамилии и титулы. Нельзя было носить китайские одежду и обувь, справлять дни рождения (дарить подарки). Но Улу понимал, от китайской философии отказаться никак нельзя, поэтому строго распорядился "перевести нужные книги на чжурчжэнский язык...".

    Особенно Улу бережно и разумно (одна из мер против китаизации) проводил национальную политику равновесия между разными народами страны, внедряя в их сознание ответственность, как полноценного, образующего государство. "Они" - есть государство.Большое внимание император оказывал демографической проблеме. При Улу смешанные браки чжурчжэней с киданями поощерялись и надеялись льготами. Ему, как образованному человеку, было неприятно национальное высокомерие, показная расточительность князей и сановников. При встречах укорял их. Но далее сего не шёл, чтобы не ущемлять элиту. Улу признал правоту предтечей, что "только военная составляющая государства противостоит падению его". Но он ошибочно был уверен в военизировании империи наместно. Нарекал князей-наместников военной властью (по сути, нагружал их обеспечением содержания войсковых подразделений). Разрушив централизованное управление армией, созданное  Хэлу и Дигунаем, освободив главную казну, направил средства на строительство храмов, дворцов, дорог, развитие экономики. Не признавая формальное отношение к делу, требовал от князей соответствовать военачальству того времени - превосходно владеть военным искусством. Он подозревал, что опасность для империи уже тлеет и тлеет на западе, в Забайкалье. Военизируя страну по своему проекту, сообразил в конце жизни провал идеи. Князья не оправдали надежду. Да, и не в состоянии без грабительских войн, содержать боеспособную армию. Улу начал стягивать в столицу наиболее значимые войска. Последним его распоряжением было "введение плана о стратегических запасах провианта в городах-крепостях и в столице...".

    1208 году император Улу, в возрасте 65 лет, умер.

 

                                            (Продолжение следует)

 

                                          Александр Гурьевич Латкин.

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

                                                   Глава восьмая

                                                 ДЕРЕВО АБРИКОС

                                                           11.

    Из столицы Шаньцзин (Хайнинфу) на заставу, наконец-то, "чужак" прибыл. Ввергло в недоумение.

    Старик и его очередной подопечный Чжао показали прибывшему, как для маскировки пришивать лоскуты кожи, с шерстью животных полупустыни.

    В путь... В первые дни помалкивал. Подавлен мощью серо-жёлтого пространства, далёкого-далёкого в светло-голубое небо. Чужак однажды попытался заговорить с человеком в маске, но тот резко от него шарахнулся. Бойцам как будто дела нет. Замкнутые, мрачные, источающие опасность: "Айдахашамби" - "Я бросаюсь в бой безрассудно, выследив врага, ничто не удержит мою свирепость!"

    Высок. В кости тонок. Западный тунгус?

    Выдала семенящая походка и прямая стать. Сотни и сотни лет форомировалась хождением с грузом по горной местности. Корё (кореец)! В давнишние времена племя "Силла" (Сэлла) - "Мамонта", по пореданию "Тунгирвэ", от Сэли - племянника Этыра - "Старика всех тунгусов", спустившегося из Верхнего мира, разделились по разумности на царства Дальнего Востока " в будущем слиться в одно" великое государство "Корё"...

    Корё, во глубине веков, земледельцы и носильщики-ходаки. По-тунгуски "корё" - приносящие горным эвэнкэ в берёстовых катомках муку - "кор" за мясо и нерун (мускусную железу); кабарга с тех пор "корей" (добыча за муку); на некоторых дальневосточных диалектах, например, урумийско-амгунском, верхне-алданско-зейском так (корей) называли самих корейцев.

    "Корё" - от "кор" - "посуда, катомка из берёсты для муки" + "ё" - суффикс множественного числа.

 

                                                              12.

    На обратном пути предстал другим, как только человека в маске передали караванщикам, будто тяжесть с его плеч свалилась. Сердито зароптал. Скрытая ходьба - нелёгкий труд - по барханистой территории. Никого же - мёртвая пустыня! Едва ли на сотню вёрст найдёшь живое. Почему оставили коней на заставе? Тащись под палящим солнцем, задыхаясь от жары! А так давно бы уже были на месте.

    Имя свалившегося невесть зачем чужака - Бяни. Скорее "Бани" - "ленивый".

    Достигли предгорий. Вдали вверху темнел лес. Тут поворот на горную тропу от караваной дороги. Показали Бани накрепко замолчать. Здесь "говорят" жестами "впередиидущий" - тулбукон и командир. И не зря! Очередная тревога! Затаились. Сэллик ползком к вершине бугра. Оценив, подозвал пальцем Бани.

    - Видишь двух верблюдов? Завюченные - скоро уйдут. Лежат. Токкул (бандиты) там, иначе кочевали бы по дороге...

    Бесконечные голые бугры и низины до жёлто-серой песчаной необъятности.

    - Айдэ? - Где? В каком месте?

    Верблюды нехотя поднялись и зашагали за двумя человеками.

    - Из всего двое!

    - Токкун, каждый, - доносчик. Тангуты за сведения хорошо платят. А за утайку - наказывают. Поэтому предельная осторожность. О конях. Копыта девяти верховых оставят след! Тропа будет раскрыта. В пустыне много предательских глаз. А теперь спустись на место. И слушайся бойцов. Они признали тебя за улэккисседери - соглядатая, предателя, стукача. Для них ты - угроза! Если ты объяснишь мне: зачем ты с нами, тогда мне легче с ними говорить... - Бани отрицательно покачал головой. - Хорошо. Тогда знай, они не потерпят угрозу жизни. Я бессилен. В этом они мне не подчиняются. Так что на защиту не рассчитывай...

    Командир показал разведчикам шевелением среднего и указательного пальцев: ушли. Потом - большой, подзывая старика. - Он в своё время учил Сэллик бою ножами и самнар (мечом).

    - Возможно сложится так - его беречь пуще себя. Сказано мне: с нами будет туда-обратно. Контроль над нами? В общем, можете с ним "поговорить", но осторожно. Надо разобраться. Но дождёмся Вань Чжоу. - Старик прямо в глаза: что за дела с Чжоу? Ответа не получил. - Кому, амин, нужна моя погибель?

    - Лучше меня знаешь. Из верхних, конечно. Тому же Фушэху. Дел-то при Дигунае много! Но не чую твоей смерти. А если тебе мнится... Не пора ли в путь на Тунгир, пока ноги в силе. Почему выбрал немую (безветренную) неделю? Неподвижность - дышать нечем. Ветерок бы. И шаг далёко слышен.

    - Срок. Забыл? Ладно! Вернусь к караванной дороге - встречу Вань Чжоу (в просторечье: Ванчжо). Присмотри. Едва терпят. Могут сорваться во время разговора. Дойдёте до родника - наполните фляги. Люкчу (стоянку) дальше, в лесу, выше тропы. Чтобы обзор был. На подходе, близ родника, на пастухов не наткнитесь. При перегонах на пастбища, бывает, заходят подневать. Следи за бойцами. В злобе неуправляемы...

    Разведчики ограничены незыблемыми правилами на опережение, потому и живы. Лишены жалости, сочувствия, благородства, а также способности радоваться. Старик когда-то признался ученику: "Вижу, знаю: вот радость. А не радуюсь! Не могу! И тебе не миновать!"

    "Что же мне остаётся?"

    "А остаётся одно: жажда жизни! Яростная, как будто бессмысленная, жажда!"

    Воины Золотой империи - особая каста, несмотря на принижение Дигунаем, отодвинувшего военных подальше от власти. Сейчас никто не понимал отказ нового правителя от военной доктрины. И все здравомыслящие бессильно знали, мирное процветание - обман, энергичное начало национально-освободительных войн от непомерной зависимости от тунгусов татар, китайцев и тангутов. Такие войны обязательно переходят в захватнические, чтобы вернуть когда-то принадлежавшие террритории. С поиском мира тунгусами с соедними странами, в среде татар зрело явление мощного политика идеологии древних предков бореев (монгголов).

 

                                                           13.

    Бытие небольшого королевства "Поздняя Чжоу" - рождение мировой державы.

    960 год. Командующий гвардией Чжао Куанчинь, обставив идеологически, дескать, по настоянию армии, захватил трон, воцарив династию Сун на 319 лет. По факту: возрождение единого Китая.

    Восхождение Чжао до высоты военачальника из семьи средних чиновников говорит о выдающихся природных данных.

    Куанчинь мощно двинул процесс воссоединения Китая, распавшегося с падением династии Тан в 907 году.

    Внимал древним: захват власти часть трагедии, большая - удержать, при постоянных угрозах с севера от тунгусов-чжурчжэней "Золотой империи" (Цзинь) и сяньбийцев-киданей империи "Ляо".

    Попутно земетим, со временем, части названных этносов масштабно смешались, благодаря национальной политике правителей тунгусо-чжурчжэней в отношении поверженных киданей (методология заимствована из философии хань). Тунгусо-киданьские браки поощрялись, наделялись различными льготами. Привело к рождению метисного тунгусского этноса - "манджуры" (крепкорукие), через время смягчённого указом императора Абахая (Хуантайцзы) - "маньчжуры".

    А тогда ханьский правитель Чжао сделал мудрую ставку на союзничество с врагами-чжурчжэнями (по-тунгусски: джурджэнями). Идею осуществили через много лет последователи Чжао Куанчиня.

    Будущему тунгусскому императору Хэла ( в китайской историографии - Цзинь Сицзун, с родовыи именем Ваньян Дан) было 6 лет. Он восседал с отцом - императором Тайцзуном на переговорах с посланниками Сун, во главе с принцем (император-сын). Когда действия планово урегулировали, мальчик якобы сказал: "А потом я приду!" Однако, до мистической фразы, с начала зарождения союза против мощной империи-гегемона "Ляо" и до решающнй битвы, прошло полтора столетия. После Чжао Хуанчиня, отравленного братом, сменилось семь императоров Северной Сун, прекратившейся при восьмом - Циньцзуне.

    Золотая империя и Северная Сун разгромили "Ляо" в 1125 году. Китайский правитель, царствовавший 25 лет, передал власть сыну, давно вовлечённому в государственные дела. Новый правитель Циньцзун убедился в мощи тунгусов, после совета с отцом, согласился платить чжурчжэням дань. Они же, коварно нарушив договор, через два года вторглись в пределы Северной Сун. Столица Кайфэн пала. Немедленно исполнен приказ тунгусского императора Тайцзуна: пленить императоров "сына-отца" Циньцзуна и Хуэйцзуна, всю семью (немногим родственникам удалось спастись от плена и продолжить династию Сун) и сразу же отправить под надёжным конвоем на север, в Маньчжурию.

    Разграбили Кайфэн, сожгли. Северная Сун перестала существовать.

 

                                                              14.

    Чжурчжэнские идеологи: путь на юг открыт, туда, где когда-то кочевали и жили дикие тунгусы илоу и просвещённые сушени, оседлые в низовьях Хуанхэ.

    Чжурчжэни считали сушеней коренными проотцами, читившим самоназвание "Свободные".

    "Сушен" или в древности "Сучен": "Су (на тунгусо-чжурчжэнском,обозначаемый сейчас "маньчжурским") - "освободиться", "обрести свободу" + суффикс "-чен" (-шен) на конце именной основы, обозначающей название рода, племени или степень родства.

    Чжурчжэни радовались: 1127 год, разгромный для династии Сун, приведёт к неукоснительному расширению "Золотой империи". В реальности на юг сместился этноцентр Хань (Китая), сосредоточие генетического могущества этноса, который возглавил в 1127 году император Гаоцзун (правил Южной Сун 35 лет). Кроме географических преимуществ, кардинально внедрена философия: произрастать Поднебесной не территориями впрямую, а народами, обогащаясь культурой и могуществом иных этносов, "вкоренённых" в породные земли. Иллюстрацией напомню часть сей сложной философии, проповедующей "поражение как будущая победа", противоречивый для восприятия факт великой истории Китая - возможности победить тунгусов, остановленных войском национального героя Поднебесной - Юэ Фэйя. Перед двором Южной Сун (император Гаоцзун) наисложнейшая проблема на перспективу: что дальше? Ведь поражение тунгусской армии не даст даже передышки - война неминуемо перейдёт на новый уровень - "на тотальное уничтожение". "Золотая империя" в тот период могла мгновенно выставить боеспособную армию до 300 тысяч воинов. Гаоцзун принял "позорное" и страшное решение: войска (обе армии) отозвать, а Юэ Фэя, обретшего (основная причина казни) авторитет потенциального военного диктатора, казнили.

    В 1141 году Сун (император Гаоцзун, сохранивший государство - основу нынешнего) и "Золотая империя" (император Хэла-Сицзун) заключили соглашение. Гаоцзун признал себя вассалом Цзинь, обязался платить ежегодную дань. Земли к северу от реки Хуайшуй отошли к чуурчжэням...

 

                                                            15.

    Хэла - имя, связанное с корнями древнего рода "Мамонта" - Хэлигир (Сэлигир). Здесь оозначает: "защитник, крепкий как железо". Хэла - третий император тунгусов, под родовым именем Ваньян Дан, с исторической закреплённостью как Цзинь Сицзун (китайская, повторяюсь, историография). Военачальники, по жизни жаждущие битв, подбивали принца на воинственную стезю, напоминая лозунг: "А потом я приду!"

    Заняв трон в 1135 году, после смерти императора Тайцзуна, Хэла возобновил грабительские войны против Южной Сун.

    Хэла отличался бессмысленной жестокостью, а схоронив умерших сыновей, погрузился в беспросветное пьянство, зверя. Казнил людей без разбора, находя отвлечение от тяжёлого духовного состояния. Он издевательски "убил" христианина Амбагая - татарского (сейчас называют "монгольским", поскольку он родственник-предтеча Чингисхана,возродившего данное обозначение, как этноним).

    Тунгусы с ранних времён ненавистные враги татар. Через 50 лет от времени убийства Амбагая (умер в мучениях, прибитый гвоздями к деревянному ослу, символизирующего въезд Христа и Иерусалим, а Амбагая - "въезд в Мир мёртвых"), Чингисхан использовал идеологической мотивацией гибель хана, как повод для безжалостной мести тунгусам-чжурчжэням...

    Когда Хэла начал убивать приближённых и родственников, близкие к канцлеру (премьер-министру) Дигунаю сановники, намекали чуть ли не в открытую: необходимо остановить сумасшедшего пьяницу.

    9 января 1150 года Хэла-Сицзун свергнут и убит лично Дигунаем.

    Командир разведчиков Сэллик, со своими людьми, старик в боевых операциях не участвовал, разоружил дворцовую охрану, открыв доступ к покоям императора.

    Сэллик не видел человека, отдавшего приказ уничтожить охрану дворца, зная лишь имя: Фушэх. После свержения Хэла и воцарения Дигуная, Фушэх становится первым темником - доверенным военачальником. Никто не подозревал: Фушэх следовал указаниям "теневого правителя": "Служить верой и правдой. Время свершений не пришло!"

 

                                                           16

    1160 год. Продолжалась жестокая война тунгусов против сунов. Поражение за поражением. Суны, отступив до реки Янцзы, яростно сопротивлялись, обеспечивая переправу. Состояние войска критическое. Неожиданно для сунов чжурчжэни резко остановились. Изумились китайцы. Конница тунгусов схлынула "тучами" на север, к основному лагерю. А ночью, как обнаружилось на другое утро, пехота оставила позиции.

    При дворе оставался темник Фушэху  - "надёжный соратник" исператора. Дигунай долго в нём уверен:темник или убит, или пленён. К вечеру уже знал точно - Фушэху его предал. Все, с кем вырвал власть у пьяного изувера, "оказались глубинными заговОрщиками против рабовладельческой системы". Дигунай понял, событие чрезвычайно серьёзное, никак не соображая тайные "пружины" восстания. Стремительно, оставив в недоумении китайцев, развернул войско на север. По пути, призывая поочерёдно военачальников, повышая их в звании, настраивал на кровавое подавление восставших и их семей: "Мы должны сломать им хребты и скормить собакам живыми!"

    "Гнал" армию без остановок, усиливая злобу изнурённых боями воинов, непонимающих, почему оставили без близкой победы, обогащения трофеями и захвата пленных для выгодной продажи.

    Дигунай, один из внуков великого императора Агуды, добился престола, как уже сказано, кровавым переворотом. Уничтожив всех министров и знатное окружение Хэла, стал четвёртым императором. Репрессии тут же породили заговор, с узкой целью: убить Дигуная. Для него как бы справедливая возможность уничтожить всех потенциальных соперников. Сгублена почти вся политическая элита тунгусского народа (основные рабовладельцы): полководцы, знатные вельможи, их родственники; убиты советники из сяньби (киданей), корё, хань. Все погибшие - основа Системы.

    Некто внимательно следил за происходящим.

 

                                                                 17.

    Третий заговор, глобальный, с кардинальным изменением, прежде всего, завоевательной политики на мирное сосуществование. Влияние ханьских мудрецов-мечтателей. Перемены в военизированной империи беспрерывного состояния войны на гражданское сообщество очень сложное при военном костяке власти, имеющим тысячелетние корни самосохранения; оное без воинской составляющей ничтожно. Не учитывать сие - есть самоубийство.

    Нёрамни Сэллик продолжал заниматься тангустким государством Си Ся. Подчинялся через посредников высокому военачальнику Фушэху. Сэллик никогда не видел начальника, ничего о нём не знал. В любом государстве,в любые времена, такие теневые деятели были и есть. Что они делают, какие заслуги и дела их такими сделали - никому неизвестно. И вдруг темник Фушэху вызвал среди ночи начальника разведки Ко и нёрамни Сэллик. Фушэху оказался моложавым взрослым человеком, примерно одного возраста с Сэллик. Красив, приятен, подвижен, чуть выше среднего роста, в шёлковом одеянии ханьского чиновника. Два светильника освещали  пустую "секретную" комнату. Пахло буддийскими воскурениями. В комнате бывали только преданные идеи переустройства государства, чтобы быстро ("на ногах") обсудить проблемы и получить "от Неба" указания. Кто над ними, скорее всего, знал один Фушэху. Он возбуждён, нервно ходил перед подчинёнными, решаясь. Резко замер перед вызванными чуть ли не вплоть. Взволновано зашептал: "В эти мгновения в пяти главных городах аресты. Вам немедля выехать в воюющую армию и убить Дигуная, передав от меня послание... Вы хорошо действовали тогда, в борьбе против Хэла. Сделайте и сейчас!"

    Фушэху посланием о мятеже подстраховался. Вдруг боевая армия Дигуная сомнёт восставших. Знал, что разведчиков даже близко не подпустят к ставке императора, но послание до него дойдёт.

    Сэллик увидел в глазах темника сверкание отчаянного страха.

    Позже стало известно, третий заговор задуман более десяти лет назад против императора-алкоголика Сицзуна-Хэла и его канцлера Дигуная. Канцлер опередил и "заговор молодых" как будто заглох. "Мозговой центр" идеи государственного переустройства "замолчал наглухо" и заговорщики затаились основательно (было предусмотрено). Тем временем грянул "второй заговор" элиты против Дигуная. Начались жестокие репрессии.

 

                                                              18.

    Дигунай и без того недоступный - тройная охрана из лучников и копьеносцев, бойцов ближнего клинкового боя (нож, меч, топорик), получив известие о мятеже, усилил оборону. Разведчикам подобраться  не удалось. Их пленили и  развели далеко по разным юртам. Поняли, роль Фушэху в восстании Дигунаю известна и уловка провалилась. На рассвете их допросят и казнят. Сэллик мучительно метался в размышлениях от одного к другому. Ничего! Но тут с ним заговорили. Охраняли четверо: старший - чжурчжэн, и три урэгэн (тунгусы эвэнкэ). Чжурчжэн едва понимал тунгусский, говорил на значительно изменённом и обогащённом иными языковыми стихиями, особенно киданьской монгольской) и ханьской (китайской). Орфоэпия изменилась и язык раздвоился на классический "илэнский" и прогрессивный - чжурчжэнский. Сэллик сообразил, что жгучий интерес к нему не только охранников. Кто-то их торопит. Известный и важный разведчик, многие в армии его знали, явился "оттуда", с родины. Происходило какое-то грандиозное событие. Один из охранников заговорил на чжурчжэнском: "Аймака байта бифи чжихэ дэрэ". ("Он не просто так явился. Наверняка у него серьёзное дело до нас. Расспросим?"

    "Айкабадя уфаху сэмэ". ("Опасно. Можешь только всё испортить").

    Далеко непраздное всё-таки взяло верх над страхом.

    Сэллик рассказал им, что произошло восстание. Власть перешла к законному наследнику - потомку Агуды. Кому, он и сам ещё не знал. Убедительно попросил охранников никому-никому не рассказывать. Дигунай, дескать, обязательно победит двухсоттысячную армию (сильно преувеличил намернно). Да и куда вам деваться. Дигунай ещё раньше распорядился взять родственикров солдат своей армии в аманаты-заложники. Они брошены в ямы рабов. Вам надо пойти быстрее в бой против восставших. Заложников дигунаевцы почти не кормят. И они гибнут от болезней и голода. А в случае перехода на сторону восставших - семьи будут истреблены. Всё готово и мы прискакали об этом доложить императору. Нас же решили убрать, чтобы в армии ничего не узнали...

    Возможно сия дезоинформация стала последней каплей.

    Немного погодя, Сэллик услышал: охранники покинули пост. Ночью войско пришло в движение. Ни команд, ни крика... зловещее густое безмолвие огромной массы людей одного направления.

    Солдаты смяли охранный отряд, ворвались в шатёр Дигуная.

    Он был изрублен на куски. С ним поступили именно так, как и он одиннадцать лет назад кромсал мечом уже мёртвого Сицзуна-Хэла.

 

                                           (Продолжение следует).

 

                                       Александр Гурьевич Латкин.

 

 

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

                    

                                                    Реплика

    Удар Роскомнадзора опосредованно по Президенту России.

    Роскомнадзор, отвечаю на вопрос, огромная структура "Минкомсвязи", в статусе "федеральной службы"; надзирает в сферах связи, инвормационных технологиях и СМИ. Руководитель загадочной службы - А.Ю. Липов.

    Теперь мы, этнографы, саманское сообщество, интеллигенция северных народов понимаем: ещё одна государственная структура, проводящая политику "манкуртизации" народов России.

    Почему удар? Северян (читай: сибирские и северные народы) всколыхнуло известие о фактическом запрете якутского фильма "Айта" - режиссера Степана Барнашева. Более десяти не просто звонков, а озлобленных, с понятной адресованной злобой.

    Полное непонимание: что теперь: заткнуться и молчать, наблюдая обострения проблем?!

    Конечно, фильм "Айта" вызывает много вопросов по режиссуре, по использовыанию "затёртых" штампов мирового кино, как, например, таран зданий техникой, с "растянутой" сценой подготовки штурма здания полиции негодным для того колёсным траткором, тем более в слякотную погоду - будет буксовать и только - любой тракторист скажет, а их среди мятежников было, как минимум, двое; болтовня не по ситуации и прочие нелогичные надуманности. Притянутостей много, как история с лодками, которая подразумевалась тайно несколькими людьми, но в ту же минуту экранного времени становится известной всем! И так далее. Однало фильм художественно заряжен до предела! Идеологически выдержан, выверен и, самое главное, честен. 

    Природа межнациональных отношений, отнюдь, не исходит от субъектов, она произрастает на почве бытийной справедливости. Обострения возникают, сходят как будто "на нет", но вновь вспыхивают в атмосфере затянувшегося неблагополучия жизни. В причину обострения межнациональных проблем, если опираться на мнение простых северян, вросло нанесение ущерба национальному Бытию: строят трубопроводы, добывают ископаемые и пр., сокращая территории оленьих патсбищ и охотничьих угордий ежедневно на насколько кв. км., попутно разрушая "мерзлоту". Это первая проблема: укничтожение породных земель (среды обитания), вызывающее направленное духовное неприятие. Об этом мы говорим открыто уже 30 лет, с первых дней "перестройки". Думалось, нас просто "не слышат". Но со временем, независисмо друг от друга, почти в одно время, поняли: так задумано врагами России и сейчас открыто декларируется с трибун мира. "Пятая колонна" озадачена (см. указания иностранных политиков, их доносят до россиян наши телеболтуны, материалы конференций по национальному разделению России на куски и пр.) всячески препятствовать решению именно национальных проблем (чем хуже, тем лучше). На это делается ставка, как сказано, уже открыто...

    Роскомнадзор прочно, своими действиями, укладывается в концепцию уничтожения "путинской" России,с последующим её раздроблением и разграблением ресурсов, с неибежным физическим уничтожением российского населения на 50%.

   Вторая проблема исходит из первой (последовательно). Малейшее подозрение на попрание прав северян, не говоря уж о перступлениях закона, вызывает сплочение людей и к гипотетическим попыткам призывов к линчеванию. Команда режиссера Степана Бурнашева ярко высвечивает проблему "неправедного народного гнева", заявляя фильмом: так не должно быть! Гнев, озлобленность, обиды приводят к скоропалительному преступлению закона, к несправедливости и к беде для всех без исключения... Так и есть на самом деле в нашей жизни и об этом надо серьёзно говорить, показывать, как в данном случае, дискутировать, хотя бы с просветительской целью. Но Роскомнадзор говорит: нет! Нельзя! Пусть всё "варится" внутри этносов. И запрещают фильм, поскольку авторы показали непростые национальные проблемы. При этом цензоры прекрасно понимают, что такие проблемы есть, они прогрессируют, и в своём запрещающем вердикте подчёркивают: " Распространение такой информации аудивизуальными сервисами недопустимо". То есть они понимают, что киноматографисты не выдумали проблемы, показывают их, ПРЕДУПРЕЖДАЯ. Сие очень не нравится зарубежным идеологам уничтожения России, нашим "пятиколонникам" тоже. Не понравилось обращение к нацпроблемам и Роскомнадзору: он выявил "деструктивную информацию, противоречащую принципам *(каким?) единства народов России. В картине демонстрируется первенство лиц (нет этого соверошенно!) по национальному признаку: положительные стороны героев одной национальности противопоставлены подчёркнутио негативным чертам героев другой национальности..."

    Дичайшая тупость, на первый взгляд, а на самом деле достаточно тонкий ход, ударяющий по путинской национальной политике, которая, к сожалению, практически не исполняется.

    Таким образом, решение проблем преступно загоняются вглубь государственным органом, с понятной целью "пустить все на самотёк" до взрыва и делая свой вклад в провоцирование возможного разрушения.

    Замечание по чисто национальным проблемам, которые надо решать самим. "Манкуртизация" - утрата национальных достоинств. Например, в основе политической культуры сахагир: справедливость, требующая терпение и холодное размышление, и благородство поступков. Куда всё это делось в новом поколении? Уничтожилось европейской философией: выживает сильнейший? К этому примыкает проблема национального воспитания детей. На мой взгляд,наисерьёзнейшая проблема, поднятая авторами фильма ( картина, по большому счёту, именно об этом!), как сохранить ребёнка ( от природы исключительно доверчивого) от всестороннего подавления личности современной культурой, убивающей духовность с подросткового возраста. Кровь, насилие, убийства, половая распущенность сплошным потоком со всех видов экранов. А Роскомнадзор и ухом не ведёт, целенаправленно уводит политическое руководство от разрушающих государство проблем.

    Так кто они!?

 

 

                                                             АГЛ.

 

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

                                                          1.

    Не странно ли? Праведность! Выбор при народном откровении, выраженном гением Александра Сергеевича Пушкина: "Нет правды на земле, нет её и свыше!"

    Нет искренности в умозрительном принятии веры. Вы, господин Каплин, Михаил Евсеевич (Анастасия Егоровна передала утверждения и вопрос...), несмотря ни на что, имеете право на путь к истинному Богу. Искренность ("искра Божья") от далёкого-далёкого изначала вашего семейного зарождения. Поэтому семья - опора Бога. И для человека нет ничего её главнее.

    Что ж... По Конституции РФ церковь отделена от государства. На самом деле, она "служка" Системы "путинизма", пропитанного ложью и пропагандистской болтовнёй, необходимой до определённого предела - решения сверхзадач, стовших перед создателем Системы - Путиным Владимиром Владимировичем:

    1. Полного суверенитета  России, включая (текущий этап) абсолютную самодостаточность в сферах жизнеобеспечения граждан.

    2. Реальной обороноспособности страны.

    3. Решения проблем внутренней политики за счёт граждан России (антинанародность Системы, возомнив, что таким образом можно построить гипотетический капитализм, не создав для этого условий), установив обязательства государства для россиян в пределах выживания, с бесконечной мотивацией "продержаться" (имярек) до какого-то срока, с "особенностью горизонта". Один из двух "вечных" президентов "брякал" (впрочем, мастаки на это оба) нам в уши, как будет прекрасно в России через 50 лет ("маниловщина" - часть путинизма), а пока "денег нет, но вы держитесь!"

 

                                                               2.

    В отличие от ислама и буддизма, находящихся в строжайших догмах, иначе сие не вера, а клуб по интересам, Православие испоганили лжеверущие и лжеслужители РПЦ, по факту, один из инструментов идеологической обработки сознания. Начало подвиг мордвин Никон, испоганив суть Православия, принятого князем Владимиром Святым. А нынешний, тоже мордвин, славно продолжает его дело, ловко управляя Русской Православной Церковью. Получив очередную поддержку от очередного губернатора, утыкает пальцем в небе, дескать, я доложу там наверху вашу приверженность Богу: может Господу, а может, Путину? На РПЦ "сбрасываются"  миллиарды, и вбросы (финасирование) продолжаются, якобы от народов России - из числа верующих, подавляющее большинство коих пожилые женщины и тысячу рублей пожертвовать не в состоянии. К "пожертвованиям" (олигархов и губернаторов) государство (читай: Путин) "отстёгивает" ( не из своего кармана?) РПЦ  миллиарды рублей ежегодно. Государство предоставляет главе РПЦ авиатранспорт (огромнейшие расходы), личную охрану. РПЦ предлоставлены ряд дорогостоящих резеденций в Москве, передаётся недвижимость и земля в безвозмездное пользование и в собственность, из бюджета страны и государственных органов РПЦ получает миллиарды рублей и так далее (скудные сведения есть в интернете, но очень впечатляющие). Как объяснить, помня о Конституции РФ? Кураж правителя, его вера в христианство, а православие третья мировая христианская вера. Идеологическая необходимость? Так значение РПЦ, даже при надуманном числе верующих, для государства мизерно. Ладно бы! Личный интерес президента насаждать Православие и прочие миссионерские потуги, но ведь, стараниями религиозной верхушки, церковь превращена в атеистическую. Взгляните, Михаил Евсеевич, на главного верующего и спонсора РПЦ Путина В.В. Разве может православный христианин философски-атеистически относиться к убийствам десятков миллионов (на сегодня уже 50 млн.) нерождённых детей, убитых абортами? Оказывается, может! Се полностью дискредитирует его как христианина. Что же РПЦ? В ответ бормотание галвного попа, без конкретного осуждения, походя, и сразу же умолкание. Да и не до христианских проблем ему! Поповские думы лишь о самообогащении, не видя (не желая видеть!) антихристианство высших властей. Устроились! Дотации, государственные пенсии, гигантские "пожертвования". неужели не понимаете, что вера православная в России разрушается "православными" атеистами?! Христос призывал раздать имение, а не приобретатть, а в Росиии в колоссальных размерах. В Евангелии от Матфея (23-24): "Ииисус же сказал ученикам своим: истинно говорю вам, что трудно богатому войти в Царство Небесное; и ещё говорю вам: удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие".

    Один дорогостоящий автопарк главного попа чего стоит! Даже Путину такой набор авто не снился, а что уж говорить о смертных.

    Космически далеки от народа, а значит, и от Бога.

 

                                                                 3.

    Что есть Бог?

    Народ - Стихия, удерживаемая естественными законами. Один из главных законов - "семья". А основной Закон - "самосохранение" себя, как части рода. Обуславливается "законом регулирования" состояния племени ( в первоначале: стада, стаи, а не отдельностей их, интересы коих не действенны в условиях общего выживания). Все "движения", как прогрессивные, так и регрессивные, определяются генетическими законами противоборства космическим законам, скажем, не "учитывающих" законы живого, выработанных борьбой с неспособностью биологических субьектов выживать в гибельных условиях. Сему Бог - надежда на спасение; Он нас не покинет в беде, правого оправит, злу воздаст, в обиду не даст и от гибели обережёт...

    Биохимическая энергия (основа законов выживания) Народа, того или иного, в том числе, мистическая (природная), создающая предчувствия, прозрения, откровения, фантастические догадки  и предположения, мифологическую и реалистичную информации, а также "планирование мечтами" и т.д., самообразуется в итоге в Ноосферу или в Сферу Разума, или Духа Святого, связующим Законы космические (условно" "равнодушие" к биологическим существам) и Законы выживания. А это - Бог! ОН не существует вне народа, сам по себе, и Он - народная Стихия. Он, народ, есть Бог! Он гипотетическая Сила спасения от Космоса.

 

                                                                     4.

    Вот Бог евреев Саваоф - идеология Страха, "порабощения сознания", зажатие в выдуманных правилах "Богу богово, а кесарю кесарево". Се есть религия узурпаторов власти: смиритесь, ибо всё от Бога! Кто не с нами, тот против нас. Противников ждёт кара небесная! Этим создана Цивилизация "самоуничтожения", способная достигать исполнения цели - сгубления народов оригинальной идеологии. Кровопролитие, горе и стенания, и безысходность. Земная жизнь кучкой узурпаторов превращена в пульсирующую бесконечную войну. А война их источник богатства. Поэтому чужая религия евреев насаждается правителями мира, ибо она оправдывает бездуховность. Но сия вера исключительно для своего, еврейского народа. Иисус Христос категрично заявлял: " И вот, женщина Хананеянка, кричала ему: помилуй меня, Господи, Сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется. Но он не отвечал ей. Ученики попросили его: отпусти её, потому что кричит за нами. Он же сказал в ответ: Я послан только к погибшим овцам дома Израилева (от М.15-24)".

    Выбор, Михаил Евсеевич, за вами. Однако надо понимать, выбор религиозных представлений (следование постулатам) возможно насаждением извне противоборцами с национальными миропониманиями (языками, культурой, историей), подменяя суррогатами, приводящими к манкуртизму. Вы, Михаил Евсеевич, говорите, ОБРЕЛИ Иисуса Христа ( а стало быть, и Бога Саваофа и Духа Святого великого еврейского народа). Сомневаюсь. Обретение исходит изнутри, из души. А сие - приобретение извне, по потребности. Вы испытали сие в заключении, когда дважды отбывали сроки за убийства. Из ваших рассуждений Бог для Вас - лекарь, психотерапевт, соучастник. На самом деле, Вы -атеист, были и есть, как и многие-многие язычники, называющие себя православными, то есть христианами. Вас ввергли служители РПЦ, нарушающие каноны. И Вы, следом за ними, кощунствуете, "верите" в святых (ими же назначенных), в мощи, прости, Господи, давно умерших людей, и не успокоенных до сих пор, поскольку кости их тасают по всему свету, в образы воителей и мученников, в матрон и прочие фетиши, как и те лицемеры и безбожники, кого Вы сделали примером подражания. Увы, они яростные атеисты, лишь воображают себя верующими в христианского Бога - Бога войны, размахивая и сеча мечом Христа миллионы людей, как и все атеисты, в нашеми случае, из окружения правителя.

 

                                                                5.

    Безбожники! Потому что злобные еретики. Подспудно и явно ненавидящие Бога еврейского народа (Саваоф+Христос+Дух Святой), ибо, объявив себя верующими в Бога, преступают главнейшее всех религий и, прежде всего, христианской, закон семьи - альфу и омегу основы божественности. Они, предатели Веры, изо всех сил бьются лбами в бетон у стоп правителя, до боли выворачивая глаза: видит ли начальник их усердие. Видит и удовлетворяется "обятиями иуд", прелюбодеяниями загаживая православие. И сказал Иисус Христос: "посему оставит человек отца и мать и ПРИЛЕПИТСЯ К ЖЕНЕ СВОЕЙ, и будут два одною плотью" так что они уже не двое, но одна плоть. И так, что Бог сочетал, того человек не разлучит; но Я говорю вам: кто разведётся с женою своею не за прелюбодеяние и женится на другой, то ПРЕЛЮБОДЕЙСТВУЕТ и женившись на разведённой прелюбодействует...".

    Когда Вы видите входящих важно в Церковь, вышвырнувших из своей жизни "изношенных" жён, таких, как Володин, Собянин, Миронов... и несть им числа, разбогатевших на пустом месте служением Системе, умело кланяющиеся еврейскому Богу Саваофу, несущему смерть и духовную разруху чужеродным народам, и видите там низкопоклонические привечания прелюбодеев-еретиков  (Путину даже лобызают щедро "дающую" руку), то такая церковь покрывается скверной навсегда! И церковники, во главе с главным попом, уже суть не христиане, а язычники, коих Иисус Христос отвергал. По канонам Православной церкви не должно быть святых, возведённых в божественный статус "покровителей", не должно быть богини, коей "сделана" Мария - мать Иисуса Христа, который относился к ней пренебрежительно, если не сказать большего, ибо весь сонм святых-божков, к коим верующие обращаются с молитвами, противоречит первому пункту вероучения Православия:

    1. Вера в единого Бога.

    В постулате заложена категоричная недопустимость многобожия, которое является язычеством, то есть религией поклонения многим богам-идолам.

    Здесь, Михаил, опираясь на христианские догмы, возвращаю Вас в начало материала - в утверждение, что Народ - и есть Бог. Разделение справедливо вообще, как и у евреев, одного Бога Саваофа на три ипостаси (Троица) имеет эволюционный смысл сознания человека современной Цивилизации.

    Первая божественная ступень: Бог Саваоф - образ по подобию человека, понятный, зримый, всесильный сверхчеловек, подспудно реальный представитель предыдущей Цивилизации, карающий и милующий, по сути, для древних людей Он - царь небесный, правитель, подобный земным, его представителям на Земле.

    Вторая ступень: идеологическая, сознательная, разъяснительная и одновременно мистическая (волшебства превращения малого во многое, воду в вино и т.п., сказочные исцеления от неизличимых болезней, и прочая фантастика). Во-первых, проводилась работа по укреплению веры в Бога-отца Саваофа. Во-вторых, Иисус Христос дал полнейшее разъяснение веры, подлинной, христианской, указующей на Вездесущность Бога, уже как Духа Святого, который и есть Подлинность, бывшая всегда, изначала, и в образе Саваофа существовала соразмерно уровню тогдашнего сознания. Иисус Христос порямо заявил, что Бог - есть Дух Святой. Без явления Иисуса Христа переход (возвращение к третьей ступени, являющейся Изначалом) - абсолютному пониманию сущности Бога, "подведению" религии к Человеку, как её источнику, как создателю Бога (Святого Духа). Бог создан Народом, он носитель Его, и он же часть Ноосферы - Сферы Разума и Духа Святого, личностно оставаясь отделённым от Него, от той "искры Божьей" в душе человека.

    Решать, в любом случае, Вам!

    Аят.

 

 

                                             Александр Гурьевич Латкин.

 

 

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

                                               ДЕРЕВО АБРИКОС

                                                            1.

    Нёрамни (знающий тропу) Сэллик (Цоба Цзы). Второй разведчик - помощник действовать, если командир погибнет. Они пробрались на вершину холма, подстелив козьи шкуры-тэнинэ, затаилаись скудными кустарниками "перекати-поле", гонимых ветрами рассеивать созревшие семена.

    Нервная настороженность командира поддёргивала к боевой готовности. Последнее задние для Сэллик. Рок в силе: великое может снизойти...

    В багровом закате "безжизненная" пустыня черела ямами и впадинами давным-давно высохших озёр. Пустынное предгорье - скалы-останцы, гряды возвышенностей, словно разбросаны пр пространству "засадной" опасностью перд голимым царством песка.

     Тяжёлый путь позади... Впереди в вечернем свете широкий город тангутов Сихай. Темнеют густые оазисы земледельцев и скотоводов. Окраины в рощах абрикосов. В центре города, у крепостной стены и за ней, сияли белезной Ступы буддистов. Между пригородами, протяжёнными по берегам пртоков реки Эдзинбира, с двух сторон огибающей крепость, вечернее усталое движение - к домам стремятся торговцы и ремесленники. Земледельцы уже в потёмках к очагам, дождавшись наёмников-надсмотрищиков. Они сгонят в логово-ямы рабов, вытащат лестницы. Хозяева подадут на верёвках в корзинах еду, воду, сырые и сухие фрукты...

    Иные рабы (строители) ещё не сломленные безысходностью, расширяли город строительством усадеб знати, жилья для воинов и образованной прислуги. В сказании "Могзонских старцев" о Сихай: " В городе много песка, Рабов и военных, Вечностью бродит тоска Рабских молений".

    Минья (тангуты) к рабам (по-тангустки "ниня" и "ихинга") относились жестоко, используя на тяжёлых работах, считая их кармически перерождёнными в состояние раба. Когда ниня или ихинга обессиливал и занемогал, волочили в пустыню и сбрасывали в "чёрную яму"...

 

                                                                    2.

    Восьмой век. Древний миграционный путь в пустынных степях контролировали уйгуры. В горах хребта - илэн (тунгусы).

    Пустыня Алатэг. Ханьское переименование: Алашань; смена тунгусских этнонимов давало иллюзию вечного пребывания на территории Места - "мы здесь были всегда". В древние времена царства хань Цинхай, до озёр Чжалин и Элин, ханьское название реки Хэнхэ (сейчас по-китайски "Хуанхэ") - "Мачу". Хэнхэ, в переводе с тунгусского, имеет многозначие: река, текущая у подошв гор, состоит в долине из множества протоков, которые постоянно исчезают и появляются новые. Пустыня наступала с юга, отвоёвывая низины. Песок скапливается толщей в котловинах. Прежнее побережье - пастбища. Там древнее море выложило слой плодородия травам и цветам - жизненность скотоводам.

    Степные пастбища к разгару лета начали жухнуть. Уйгуры, с предосторожностями, покочевали на горные долины. Один из пастухов (наблюдатель) подал тревожный сигнал: люди! На дороге двенадцать человек. В красно-жёлтых лёгких накидках, в мало-мальских сандалиях.

    Странники побывали на безжизненной части пустыни. Повернули вспять возвратиться в Тибет. Тут-то их уйгуры выловили в рабство.

    Странники - служители Будды, из народа минья, выживающего у оставленной хань китайцами) Тибетской страны.

    Чуть свет ламы зазвенели колокольчиками, зазвякали медными тарелками, заунывно загомонили какафонией одно и тоже на своём языке: "Нгвэ ндэвиы!" (Обращение к "Небесному государю"). Разазлённые уйгуры повыскакивали из балаганов, крича: "Тут тихо надо!" Ламы, с восходом солнца, продолжили громкую "беседу" с Высшими силами. Пастухи решили проучить чужеземцев кнутами. Вручили подросткам плети: накажите рабов, чтобы слушались хозяев!

    Бог? Или случайно? Горцы-тунгусы (Урэгэн). Налетели с трёх сторон отбить часть скота. Пастухи на коней! Завернули стадо, с воплями и визгами, отбиваясь пиками и дротиками от токкун-бандитов, погнали животных вниз по пади, вдоль ключа, впадающего в Эдзинбира.

    Пяти коров всё-таки лишились...

    Исторический казус. Из поколения в поколение до нёрамни Сэллик предание по материнской линии: как один из предков когда-то кочевал в горах Алатэг, в долине реки Эдзин. Теперь Сэллик рассуждал, "если бы не удивление урэгэн племени Сэлигир олеянием "рабов" уйгуров, история народа Минья пошла обязательно иначе. Возможно, долговечно и с лучшей долей. А те двенадцать лам убиты или обменены на коня. Их забыли бы скоро, как и о тысячах тысяч сгубленных разноязыких рабов.

 

                                                                3.

    Тунгусы немедля погнали отбитый скот в горы. Пастухи вернутся с воинами. Слышны далёкие клики. Сагдыгу (вождь не по старшинству, а по положению), поражённый невозмутимостью странно одетых людей, в последний момент, приказал их пленить.

    Вождь знал тибетский язык "общения" и язык хань (китайский)? Так или иначе, говорится, беседовал с пленными. Какие народы знают? Их во время Потопа было много. Где и как, чем живут? Где у них Прародина? Чем славятся и что особо умеют?

    Обсказал ламам про свою местность, о народах, кочующих по хребту и пустыне, про китайскую крепость Сихай. В тех пределах уйгуры близко не бывают - боятся китайцев ( китайцы - тунгусское название хань от "кидай, кидай+цзы", то бишь люди, живущие "по направлению к киданям-копьеносцам"). Там вода! Река Эдзинбира. Туда надо было идти. Хань скажут: живите... Но здесь без эвэдыт (эвенкийского языка - языка тунгусских горцев) нельзя "ходить", как нельзя без разрешения царства Хань расположиться "гулэ" - жильём...

    Минья доставали из сумок дощечки и кожаные ленты. Считывали таинства. И будто бы сагдыгу понимал. Если значения не принимались, то "ложились" на душу. Вот почему много "переданного" - набор слов чужого языка.

    Тунгусы-илоу назвали минья "Тангутами" ( от "танг-ми" - читать, знать числа, уметь считать, записывать). Среди народов Дальнего Востока распространилось: Минья - это Тангуты - "умеющию писать и читать". Ещё дошло: при переселении, половина груза тангутов, частные и общественные библиотеки "писаний" - "дукудыт" и хроник; более всего наставлений как вылечивать хвори и увечья травами и минералами.

    Сагдыгу отпустил тибетцев, не подозревая причастности историческому мгновению - зарождению и гибели тангутского государства "Си Ся" (китайское: Западное Cя; "Ся" - чужеродное государство; так, например, народы Дальнего Востока называли первое древнее государства хунну...).

    На исходе следующей зимы, двенадцать лам минья, уже тангуты, привели первых триста семей. Тангуты помнили наставления сагдыгу. Имя его хранилось, наряду с другими выдающимися деятелями племени сэлигир, до начала двадцатого века. Имя его - "Ичулин" ("всё проверяющий, недоверчивый").

    Тангуты двести лет добивались от китайских правителей признания "Эдзин" государством. произошло, когда явили военную мощь тунгусские племена Мохэ, с присвоение наименования "Си Ся".

 

                                                                4.

    Сэллик чувствовал "износ". Участились ошибочные предположения и расчёты. Немедленно доложил сонингу (непосредственному военачальнику). В секретном разговоре рассуждали и о преемнике. Должность важная. Сэллик - оперативник, один из "знающих" о государстве Си Ся. Нёрамни предложил Вань Чжоу (тунгусское имя - Мудурэн).  Сонинг согласился без энтузиазма, понимая неопределённость более высокого начальства. Как закон, оно принимало неожиданные решения. К тому же военные в угнетённом ожидании решений нового императора, тяготеющего к мирному сосуществованию. Постановили: готовить Вань Чжоу к миссии нёрамни (проводник, знающий тайные тропы, схроны-тайники, убежища, где можно скрыто выжидать долгое время, иметь выгодные связи, выдавая себя за контрабандиста местным племенам, оказывая помощь в этом деле).

    Сэллик обучен, физически силён, от природы, свойственной племени сэлигир, внешне сух, вынослив, напоминал пастуха. Казалось, не воинственный и безопасный, умеющий слушать. Узкое загорелое лицо доброжелательно не агрессивное. Коричневые глаза внимательные и понимающие. Создавало ложное представление "своего". Добродушие, простецкость, готовность помочь - наработанное. Знающие держали с ним ухо востро, а язык прикушенным. За ловкость, смекалку и способности от предков" в лазутчиках с 10 лет. Обучался рукопашному бою, джигитовке (отличный игрок в конное поло), маскировке, преображению, выживанию в жестойчайших условиях. Безупречно метал ножи, поражал копьём и камнями, неплохо владел боевым луком. В обучении "нёрамни" значение придавали географии, истории, вероисповеданиям народов (имело исключительную важность на территориях врагов). К двадцати пяти годам Сэллик говорил на китайском, тангутском, тибетских наречиях, мог изъясняться на уйгурском. Офицальное имя Сэллик - Цоба Цзы.

    Сведения о представителях Сэлигир донесены до 17 века.Большей частью переданы чилчагирам пленёнными женщинами-шилягирами (сэлигирами). Байкальские шилягиры - маугиры, то есть принадлежали мохэскому ответвлению. Во время сорокалетней войны чилчагиров и шилягирами женщины и дети обеих сорон часто попадали в плен. Победили чилчагиры, захватив обе Мамы, Верхнюю Ангару и её притоки. Правда, последняя битва (17 в.) на Правой Маме проиграна. Но она уже не имела значения.

    Первые данные о сэлигирах получил в пяти-шестилетнем возврасте от Врвары Николаевны Танкеульевой - второй жены моего деда. Это в будущем. А сейчас Сэллик и отряду из восьми бойцов сопроводить "Уилдымни" (военного связного или шпиона; иногда так обозначали предателя, работавшего на тунгусов) в назначенное время до караванной дороги. Позже, через 700 лет, в 1877 году, дорога названа: "Шёлковый путь".

    Из приказного напутствия Сэллик понял, от подопечного зависит мир. Это-то и удивительно. Новый тунгусский император Шицзун (тунгусское "Улу" - Рождённый на крутом берегу) неделю назад разослал во все сопредельные государства "пышные" делегации "искать мира".

 

                                                                   5.

    Пустыня "Алатэг" - от названия горного массива; они - один мир. "Ала" - перевалить через урэл (горы). Суффикс "-тэ" выражает упорство, волю. Суффикс "-г", при глагольной основе "ала"(перевалить) образует название действия. Полная расшифровка в предущем материале - прологе.

    Пустыня "Алатэг", стало быть, "трудное преодоление, требующее упорства, воли и знаний".

    2 век до н.э.

    Один из величайших правителей дальневосточного мира - император Западной Хань - У-ДИ направил первый караван с шёлком и бронзовыми зеркалами, опираясь на дипломатическую разведку сановника Чжан Цаня. Событие величайшее. По сути, рождение "торговых отношений мира" в 121 году до н.э.

    До рождения подобного по масштабам мудрости и таланту СИ ЦЗИНЬПИНА, созидающего "Новый шёлковый путь", оставалось 2 тысячи 74 года.

    У-ди вступил на престол пятнадцатилетним юношей в 141 году до н.э. В двадцать лет У-ди решил изменить жизнь планеты: "торговать, а не грабить". Грабежом, обманом, коварными предательствами, захватом рабов усердно страдали правители сопредельных и далёких государств. Возведение меновой торговли в Закон - новая степень Цивилизации. На тунгусов повлияло значительно. Подвигло на обмен продукцией не по внутренней потребности, а накапливая для приобретения товаров и у иноплеменных народов. Однако это касалось только мохэских народов. Тунгусы-эвэнкэ и другие оставались неконтактными и угрожающими постоянными набегами. У-ди, превратив миграционный путь в Средиземноморье в торговую караванную дорогу, пытался внедрить "неприкосновенность и упорядоченность" торговли.

    Дикие (неконтактные эвэнкэ: спускающиеся с гор) нападали на караваны, как и банды иных народов. Последователи У-ди продолжили на опасных участках караванной дороги строить крепости. Караванщики останавливались на ночлег. До следующей крепости сопровождались военным отрядом. Так, в месте Сихай (тунгусское название означает: "Угроза-смерть с запада") хань (китайцы) построили пограничную крепость "Западная").

    Крепость, как пограничная застава, просуществовала 1158 лет, пока в её окрестностях не возникло поселение народа "Двенадцати князей" - Минья, образовав "двенадцать оазисов" (позже округов военного типа). Двести лет минья, прозванные тангутами, добивались от Китая признания, начиная с 806 года нашей эры. В 1006 году "Эдзина" (название от имени реки) призанно Китаем отдельным государством "Си Ся" - Западное", как буфер перед враждебными тунгусами и киданями.

 

                                                                 6.

    Давным-давно, двенадцать лам, по преданиям отунгусившегося рода минья - Ерси (Ержин), окончательно исчезнувшего в начале 21 века в селе Уоян Бурятии, искали обетованную землю. Там, до Потопа, жили полудикие предки. Как и хань, вынуждены спасаться от Воды в горах Тибета. Катастрофа заставила людей осознать необходимость единения. Тибет, с тунгусского, как территория Спасения, переводится: "Место зарождения, сплетения, скрепления родственных племён в народы, как формирование многонациональных этносов".

    "Тэбэ" (народ) + суффикс "-т", обозначающий действие "предметом", выраженном в основе; на русском значение возможно выразить неологизмом "онародование", то есть Тибет (Тэбэт).

    Родился первобытный Китай не на Хуанхэ, как считается, а в созданной "отцами" особого образования - царство Цинхай (семейной и межсемейной клановости, если исходить из фрагментов древнего религиозно-философского учения "Чифэн"). Царство находилось на Тибетском нагорье, к северу от Гималаев. И хань, и другие народы, в том числе, минья жили на высокогорных засушливых степях. Однако выживание и национальное укрепление хань определялось богатыми травами лугов на юге и востоке нагорья. Из-за них происходили частые столкновения. Возможно, между минья и хань существовал какой-то договор. Минья (по преданию Ерси - несколько народов, от коих будущие тангуты отличались буддизмом) кочевали по пастбищам Тибета, заходя в голодное время на территорию Цинхай. Западнее кочевали по горным лугам коневоды и оленеводы - меркиты, тунгусы-мурчены. Их территория начиналась от побережья внутреннего моря "Тенгиз". Восточные границы царства Цинхай омывало древнее море Тесис. Условия жизни были сносными до тех пор, пока не сошли воды в Мировой океан. Начались беды: летом засуха, зимой ледяная стужа, сильные ветра. Большая часть нагорья - мерзлота. Строительство капитальных (землянок) жилищ невозможно. Голод, болезни, вымирание. Смертельные труднсоти грянули в 3 тысячелетии до н.э. Тогда-то и началось смещение. В 3-2 тыс. до н.э. распространились освоением до реки Хуанхэ, долина коей заселена автохтонными тунгусо-язычными народами. Хань понадобилось 300 лет вытеснить их на север (сушени, илоу и др.). Но не удалось сделать с урэгэн - горными племенами тунгусов.

 

                                                                   7.

    До начала 9 века (806 г.) государство минья "Эдзина" состоялось двенадцатью военными округами. Взаимоотношения с горцами, большей частью коих составляли "полудикие" (ограниченно контактирующие с иными народами) и "дикие" (неконтактные), сложились договорные. Пастухи-тангуты (в конце апреля, май, июнь), когда у тунгусов действовало табу на охотпромысел из-за беззащитности беременных маток, а позже зверят и птенцов, при перегонах на горные пастбища до осени, на "Обо" (границе между владениями) привязывали быка и телка (для вождя).

    "Илэ", "Ило" - человек. Самоназвание всех тунгусо-маньчжурских народов породных земель: верховьев Верхней Кэтэнгэ (ныне Ангара) и Илэн (ныне Лена), Прибайкалье и Забайкалье. Ило(э) + суффикс "-у" - характристика народа. Первое: "умеющий выделывать шкуры". Второе: "человек, переносящий всё на спине". Третье: "зарывающийся в землю" - с уточнением: "делающий в земле жилища, с вертикальным выходом наружу".

 

                                                                 8.

    Пустыня Алатэг коварная. Бывшее дно неспокойного моря Тэсис. Тунгусское название. Владимир Прокопьевич Абрамов, его дядя старец Петрусь Абрамов (Тунгир), Дарья Николаевна Зылыкеева (Баргузин), Галина Ивановна Варламова (Зея), объясняли коротко: тэсис - это тылкарэн, то есть "большое, долгое половодье". Древние илэ думали, что "половодье" - от Духов Верхнего Мира ( "всё обрушивается оттуда") "очищение" (тэси-ми) земли от горязи, от отмершего; заложено в слове "тылкарэн". А название древнего моря, нахлынувшего карой, названо "Тэсис" (Тесис) из-за грандиозного смысла: "Тэси" - очистка, уничтожение отбросов жизни, вредителей, ненужного и т.д. + "-с" - суффикс быстроты, неожиданности действием, катастрофичности.

    Возвышенности, устоявшие от разрушения куски давнишней поверхности, как бы воткнуты по пустыни. Дюны, сопочки, реденько поросшие клоками-кустарниками. Волнами резко запах полыни. Скудные жёсткие травы тихо-тихо звенят от ветра. Кое-где, в ложбинах, мелколиственные вязы, "молчаливые" и "угрюмые". Где-то здесь, 1158 лет назад, прошествовали от хребта Алатэг двенадцать племён Минья. Они вышли к пограничной китайской крепости "Западная" - "Сихай". Первопоселенцы осели на берегах реки Эдзинбира, питающейся водами быстро тающего ледника Алатэг.

    Когда разведчики нёрамни в 1204 году пробирались тайной тропой к караванной дороге, рискуя нарваться на конные разъезды тангутов, до гибели тангутов Сихая оставалось 22 года. А Чингисхану исполнилось 49 лет.

    На пути встречались "приступы" - попытки "заселиться". Выдавали торчащие из песка засохшие дервца абрикосов. Здесь жили минья. Абрикос - "танцующее" дерево в мгновение великолепного цветения. Искривлённые тугими ветрами и ревущими песчаными бурями стволы абрикосов застыли в изящном изгибе танца великой жизни. Поодаль от бывших селений, засыпанные песком ямы. В них когда-то содержались рабы. Все древние государства Дальнего Востока, Забайкалья и Сибири - рабовладельческие...

 

                                                                   9.

    Нёрамни (глава разведчиков) считал сей рейд последним. Обещано возведение в сан военного чиновника-советника. Неуверенно, вяло. Вызывало подозрение. Не исключено, "списали", как знающего много секретов, отправят на "вечный покой". Тем более, в отряд введён чужак, разведчикам неизвестный.

    Предания (учения) предков предупреждали опасность таких обстоятельств. Если романтизировалось, то добавление сведений очередного поколения, обязательно объяснялось: "Так воображали (догадывались) их потомки - наши предки". Поэтому "романтическую" часть легко отделять от этнических хроник.

    Одно из преданий указывает, Проматерь народов Минья, это как раз то грандиозное совпадение спасения 12 лам из уйгурского рабства, о котором упоминалось выше, и народа Меркиты - дочь древнего тунгуса Этыра, якобы прикочевавшего из Верхнего Мира, взявшись ниоткуда. Имя её Халан, как начало двух (тунгусского и тибетского) родовых древ, имеющих глубоко-глубоко в прошлом один корень. Дословно "Халан" переводится с тунгусского: "Два дерева, растущие из одного корня". Как и у Минья, ещё одно совпадение, символ меркитов - дерево абрикос. Конечно, сии "побеги" давно и далеко разошлись. Меркиты, на наш взгляд, те тунгусы, которые породнились в вечности с самодийскими этносами, превратившись в красивый, в прямом смысле, народ. По характеру отличались от дальних родственников - минья (тангутов), жестоко эксплуатировавших рабов. Меркиты трудились, созидали и разрушали заодно с рабами, отобранных из врагов по статности и внешности; остальные продавались татарам. Принадлежность меркитов к тунгусскому происхождению просматривается. Они пользовались географическими данными тунгусов, как заметил Марко Поло. Конечно, можно предполагать, меркиты просто сохранили топонимику предтечей, вытеснив их на восток и северо-восток. Тогда бы для них названия мест, гор, рек, и т.д. просто бессмысленные ориентиры. Но меркиты владели философским смыслом, исторической многозначностью, точно толковали номинальную информацию, заложенную в названиях. Доказывал принадлежность меркитов к тунгусо-язычным народам учёный В.А. Тугулоков, не исключая родство (более позднее) с самодийскими народами.

 

                                                                 10.

    С Тибета, Верхнеленья, Енисейских степей молодые мужчины рисковали в Забайкалье, тем более, что везли с собой драгоценности, гнали скот и табуны лошадей, выкупить у меркитов девушку в жёны или даже две (процветало многожёнство). татары, в том числе, и монголы Чингисхана, тоже стремились жениться на меркитках, говоря: "Чтобы иметь в юрте и в кибитке хозяйку, сведущую в мудрости и в преданиях старины глубокой". Чингисхан, несмотря на ненависть к меркитам (и  к тангутам тоже), женился на меркитке Халан, надеясь дать побег новому роду "монголов", красивому статью. "Халан" исказили на монгольский лад - Халун, изменив смысл на "знойная женщина, знойность". На меркитках, осталось в исторических документах, женились потомки Чингисхана, монгольские и тунгусские чиновники, военачальники...

    Вот о чём думал мудрый нёрамни Сэллик, сам себе удивляясь: к чему бы эта навязчивость?!

    Нёрамни и Вань Чжоу (родоначальник Ерси-Ержи) продолжали наблюдать с вершины холма.

    - Как узнаем? Тот ли караван? - Чжоу перевернулся на спину и закрыл глаза. - Уже тэмэгэнкан (верблюдики) мерещатся. Устал ждать.

    - В караване два белых тэмэгэн. Передний и задний верблюды. Я отведу к каравану "уилдэми" ("связующего два мира"). Он знает элгэмни (караванщика). Если его не будет, значит, мы раскрыты. Тут же возвращаемся и уходим от погони. Как караван войдёт в Сихай, погоня будет. Беспокоит другое. Даже две задачи. Чужак. Для чего его к нам прилепили? И кто-то за нами следит. Не связано ли с чужаком. И тут тоже два варианта. Или кто-то не сведающий использует наш след, чтобы добраться до караванной дороги. Беглецы-рабы? Да и путь бы им удачный. Или же наш "связной" настолько важный шпион, что установили "улэккиссэми" (предать, умертвить, чтобы не оставить свидетелей).

    - Давно почуял?

    - Третий день. Будем исходить из самого-самого худшего. Император ещё себя не показал. Не знаю, что и ждать... Поступим так. Я пойду передать человека. Ты идёшь к люкче (стоянке). Пусть наши люди сразу идут к дороге. "Побежим" по ней до гор. Далее будем двигаться предгорьями Алатэг. Тропы знаю. У тебя особое задание. Надо устранить неизвестность. Издали. Кто следит, сколько, вооружение. догонишь по дороге. Я буду ждать на сходе в тропу...

 

 

 

                                                 (Продолжение следует)

 

 

                                     Александр Гурьевич Латкин.

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

    Отсчёт времени от "корректировки национальной политики РФ". Пока (движение) поиски "механизмов воплощения задач, поставленных Президентом России" видны в ХМАО. Понимается и принимается суровая необходимость отказа от вросшего накрепко "показушного" силами небольшой группы активистов, как исполнение. На других территориях именно этим ограничиваются, разбавляя обильно болтовнёй. В ХМАО (г-жа Комарова, г-н Айпин) есть честное понимание направления на "национальное производство", с учётом современных условий, с единственной благородной целью обеспечения полной занятости всех трудоспособных представителей МН.

    Второе важное: удручающая демография, в совокупности с жилищной проблемой, здравоохранением и, как желаемый итог, достойная благоприятная среда Бытия. Увы!

    Национальное образование. Его, по сути, нет. Есть факультативное информирование, беглое, сумбурное, поверхностное и отторгающее интерес к собственной культуре и истории. О проблеме изучения родных языков рассуждали недавно достаточно, хотя тема, к сожалению, несчерпаема неразрешимостью... К ней примыкает большой и значимый пласт образования (гипотетического)  детей малочисленных народов - духовный. Может быть, отсюда и есть путь возвращения к самим себе. И надежда есть. Несмотря на большое число наставлений и пособий, учебников, абсолютно бесполезных, всё-таки серьёзная работа нашими учёными ведётся. Интересна серьёзная работа КСЕНИИ РОМАНОВНЫ ПОТАПОВОЙ "Мифопоэтические образы и мотивы в литературе этнических авторов Забайкалья и Северного Китая".

 

 

 

 

    Действительно, тунгусо-маньчжурская культура древних корней, философией (сформулированной мудростью) едина, хотя и выражается оригинальной местной стихией. Насколько понял, Ксения Романовна входит в коллектив учёных Забайкальского государственного университета, под руководством профессора, доктора наук ВОРОНЧЕНКО ТАТЬЯНЫ ВИКТОРОВНЫ.

 

    Ими создано, кроме многих интерснейших работ, учебное пособие "Эвенкийский мир в устном народном творчестве и художественной литературе Забайкалья". В создании приняли участие учёные: Е.А. ГЛАДКИХ,

 

 Е.В. ФЁДОРОВА,

 

и сама Татьяна Викторовна.

    Специальное издание для студентов, аспирантов, для преподавателей вузов, учителей школ, педагогов дополнительного образования. Нет сомнений произведение соответствующе действует. Речь о другом. Глаывное достоинство труда учёных: доступность и понятность для широкого читателя. Большинство представителей МН напрочь оторваны от собственной национальной культуры. Однако подспудно пульсирует сопротивление "манкуртизации". Пособие добротное и квалифицированное. И оно вполне может подвигнуть новое направление краеведческой работы районных и сельских библитотек северных регионов в создании системы национальной идеологии, воспитания патриотизма, уважения к предкам, родной культуры, на основе скорректированной национальной политики государства.

 

                                            Александр Гурьевич Латкин.

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

 

 

                                                   Глава вторая

                                                        СЭЛИР

                                                                     1. 

    От глубин очеловечивания ( 66 млн. лет назад постепенное возвращение амфибий - приматов людей на сушу после катастрофы) до схода Внутреннего моря Тенгиз в Мировой океан, сформировались пределы Разума. Всё течёт, всё изменяется, кроме миропонимания и чувствования. Учились всему и у всех. У сэлир (мамонтов) - "коллективной обороне". На трагическом опыте гигантов древние илэнг, пережив катастрофу, постигли: игра в "независисмость" - гибель! Потопы. Оледенения. Таяние леляных толщей. Разрушая ледяные барьеры, моря откатывались, обнажая дно. Мировой океан, наполняясь, наводнял благополучные долины планеты на срок.

    Освободившаяся от воды земля оживала буйными реликтовыми травами - однолетниками. Воспряли карликовые леса на предгорьях, кустарники на холмах у водоёмов, в среднем поясе гор пошли в рост лиственные деревья. Живность, гонимая очередным оледенением, "пробралась" в благодатный край сквозь ядовитый дым вулканов. Вокруг Байгалду ("Стоячий огонь") двенадцать ( "Иняптук" и др.). На востоке буйствовал вулкан "Пэктусан". Люди-илэ, выждав встречный ветер, вслед за животными, ушли альпийскими плато в царство "Чукалвэ" (Травы).

    Сэлир (мамонты) в оледенение Янгилду впервые замечены тунгусами на реке миграционного пути с юга последними мигрантами, бредущими на север по уходящей под воду пойме реки. Та река названа "Сэлинга" (Мамонтовая). Гиганты прошли по хребту "Олзон". Он сейчас затоплен водой Байкала; остров Ольхон и мыс Святой Нос - крайние части древней тропы. Когда Янгилду "окреп", оледнел, на север потянулись люди "Эхачи бэгдэрин" ( Светлоглазые) и татары (общее название азиатов).

 

                                                                  2.

    Царство травы - "Чукалвэ" - мир птиц. Давным-давно освоили богатейшую озёрами, болотами и реками будущую "Долину мамонтов", наполняя пространство множеством звуков, от едва слышных писков до пронзительно оглушающих кликов.

    Появились стада травоядных животных. За ними - хищники. Наконец, гиганты! Гудящие тучи мошкары, мух, оводов, комаров вились вокруг сэлир, ползали в шерсти, размножались, становясь пищей птичкам, ютящихся на мамонтах.

    Появление гинатов в корне изменили взаимоотношения илэ-человека и Природы. Люди научились выживать "обороной" (сопротивлению), прежде спасаясь исключительно бегством и затаиванием...

    Мамонты медленно, поедая траву и кустарники, кору деревьев, двигаясь как будто "куда глаза глядят" (по-илэнски: "куда нос покажет"), удалялись друг от друга. Но к вечеру все неизменно оказывались на одной из сухих возвышенностей.

    Как и в текущей современности, предупреждения о катастрофах "осозновались".

    Минули тысячелетия. "Ледяной барьер" неостановимо разрушался. Мамонты не почувствовали гибельную угрозу? Или знали: идти некуда! За тысячелетия рождения гор проходы-пади через хребты закрылись.

    Уровень Океана резко повысился из-за схода вод Внутреннего моря Тенгиз. Образующие климат течения перенаправились. С севера похолодание. "Приокеанские" люди (Эхачи бэгдэрин) вынуждены "уйти водой", возможно, на судах на запад к Урэл (Уралу) и далее. Спустя время, "Чукалвэ" покинули животные через хребты на юг. Исчезли носороги (много погибло в скалах), львы, шакалы, копытные (виды коров и лошадей). На восток: леопарды, тигры, красные волки, рыжие рыси, благородные олени... Волки, медведи, северные олени и олени (не мигрирующие, обитающие в одном ареале) поднялись в лесистые горные местности.

 

                                                                 3.

    Коричневые шерстистые мамонты (Сэлир) сиротливо терялись на равнине, подвержненной очередному затоплению. "Мамонтовая равнина" тонула надолго. Сэлир сгрудились на вовзвышенностях. Трубя, срываясь на пронзительный визг, по брюхо в воде, уходил в Вечность огромный мамонт-самец. К ночи "растворился" в беззвучной тревоге  тьмы. Хлынул ливень. Мамонты выбрались на террасы. Другие скопились на островах. За несколько дней, уничтожив скудную растительность, теряя силы, гиганты поплыли... Молодняк погиб в первые дни катастрофы. Голод. А где голод - повальные болезни - грянул свирепый мор.

 

                                                                   4.

    На мамонтов не охотились. Язык открывает тайны тогдашнего рациона. Дикоросы - обильно плоды и ягоды, заболонь (хекча) хвойных деревьев, соки древеьев (чурги, чукса, дюлгуксэ), корневища (тэкэн, нгингтэл), луковицы и стебли полевого лука (энгуктэ, мангэсун), чеснока-мангыра (гоносун). В изобили птицы и копытные. Добывали кабанов, коз, оленей. Из когтистых - медведя, рысь, белок. Птиц: рябчиков - инэми, дикуш (одомашненный хуннами рябчик в большом количестве; после вытеснения скотоводов с илэнских (ленских) земель "Алалтай" похолоданием и затоплением травяных угодий (тундры), домашние рябчики-караки одичали, но без инстиктивного страха перед человеком; тунгус подходил на метр и добывал их палкой, куропаток, глухарей, тетеревов, а также уток и гусей. В гнездование водоплавающих птиц женщины и дети собирали яйца ("три из десяти" с гнезда). В отличие от хунну (протомонголов и прототюрок), не употреблявших рыбу в пищу, Илэнг (прототунгусы) круглый год рыбачили. Даже высоко в горах: хариуса, форель, тумиты-даватчан и др.

    А рационном слое языка ни слова о сэли (хэли, шэли). О промысловых животных обширная информация. Лось - "Моты", "мотыпки" - более двадцати многозначностей, раскрывающих поведенческие особенности и даже размеры (в два раза крупнее современного). Также изюбр, олень, медведь. Параллельно свдения образовательного развития: предупреждения, обереги, обычные законы... передача обогащённой информации следующим поколениям. Одно из определений лося: "кандыга", то есть сердитый, смертельно опасный в сентябре, во время гона. Есть и поучение: "Встретил амикана (медведя) - долго кряхтеть будешь (болеть), а моты (лося) в гон - с предками встретишься (погибнешь)". У медведя - около сорока смыслов - вся жизнь, как на ладони. У северного оленя - пятьдесят. У волка 25 значений, с одухотворяющим ("агитка") подходом: волк равен человеку!

    Люди перенимали у хищников не только опыт охоты, но и рыболовства (у медведей, орланов, чаек, коршунов и т.д.).

    Что касается Сэлир (мамонтов), то, повторяюсь, их образ жизни изменил мировоззрение человека в постижении принципов обороны, созданию защиты и её укреплений, возможности увеличения численности, способоствующей выживанию вида.

    Мамонт - неприступность, независимость, устойчивость текущего Бытия, организация стадности распределением обязанностей. Уязвимое: у сэликан (мамонтят) многочисленные враги: шакалы, пещерные львы, медвдеди... коварные засадной терпеливостью - коротконогие хищники тёмно-серого цвета - "смилодоны", с огромными клыками. Смилодон ранил детёныша и отбегал на безопасное расстояние, терпеливо наблюдая, как мать несколько раз возвращается к погибающему мамонтёнку...

    Мамонты серьёзно противостояли хищному миру. На ночь, молодые мамонты-убийцы, с ещё незагнутыми клыками, убойными для крупных хищников, выстраивались кругом маток и детёнышей ("бивень к бивню"), сообщает нам послание предков:

- "онёвчо хэли иен" (сэли иен) - орнамент "мамонтовый клык".

 

                                                                  5.

    При встречах - первое мгновение: "свой-чужой"? Значения определённых звуков и жестов отодвигали нападение. Под прицелами луков, копий и камней особые смельчаки (вёрткие) - тэрэлунгэр сближались разглядеть татуировки на лицах. Татуировка наносилась на лоб "шитьём". Использовались костяные иглы и жильные нити, вымазанные в саже. В племени Сэлигир (Шилягир) "прошивался", продёргивая под кожей нить, "хэли иен" - "мамонтовый клык":    Татуривка "хэли иен", кроме всего, символизировала "оборону" - "Мы не нападаем, но будем яростно защищаться". Сходно с идеологией собственно эвенков (тунгусо-язычногого народа Киндыгиров - узкоглазых) - "Мы не нападаем, мы спасаемся бегством". Вторая информация "хэли иен": принадлежность (суфф. - "гир") к племени. Здесь: "Сэлигир", народившееся от мамонтов. Третье: породная территория обитания. Четвёртое: история отношений, как современных, так и легендарных.

    "Круговая оборона" - "дысучин". Народился процесс нравственного развития "над и против инстинкта: кто убежал, тот спасся" - изменение отношений к защите. В древних сказаниях "Тунгирвэ" богатыри оборонялись ("дысучивдя-ми"), спасая лично себя. В поздних - нравственная задача ("дысутчэ-ми") - не обороняться, а оборонять мать (наивысшее существо), сестёр, младших братьев, женщин рода, стариков. Обозначился слой общества "сонингвэ" - военный, что конкретизировало расслоение первобытной общины. Подобно мамонтам, перед ночёвкой, сооружали оборонительную преграду (элбэчи -крепость) из камней, из жердей, из нарт - при нападении врага или хищника успеть схватить оружие. При длительных стоянках крепость из камней и брёвен, с выкапыванием нор (традиция миграций по ледникам), что явилось предтечей жилищ.

    Все названия личной защиты произошли от значения "мамонт" (Сэли). Например, приспособление от дротиков (камней), стрел, пик и копий - "сэлли" (введён суфф. "-Л" - мн. числа): глухая ровдужная рубашка, с короткими рукавами. На неё нашиты трубчатые кости, нефритовые, деревянные, позже металлические пластинки и диски. Или: общее название амуниции - "Сэлими" ("Сэлми"): металлический щит, шлем, обшитый металлическими пластинами, нагрудник (с диском); натазник - передник. В средние века ( у мохэсцев - лесных охотников, ночующих на деревьях) появился металлический панцырь - "сэлливун"

    "Сэлэ" (сэли) как железо относительное. Первоначально любое металлическое изделие военного назначения. Железо вообще получило твёрдое обозначение "элдэн" (именно "железо"), позже принятое в межплеменных и международных отношениях, особенно, с тюрками "экэт" (якутами) и монголо-язычными народами.

 

                                                                6.

    Горные массивы мрачными нагромождениями до неба. Угроза чужбиной грозила отовсюду. Вождь и саман выбором пути рисковали призрачными надеждами на "обычные законы".

    Из ущелий прохладный туман. Чистый! Сэлигир дышали полно - не могли надышаться.

    Солнце пригрело каменистую землю. В путь!

    Изнурительное восхождение. "Тэлбукон" ("впереди идущие" или "кочующие первопроходцы", или "прокладывающие разведкой тропу", в зависимости от контекста) цепочкой, отслеживая друг друга. Вождь Арма видел спину крайнего. При опасности, заметивший врага, вскидывал руку, и тут же приседал, затаиваясь. Мгновенно "долетало" до вождя...

    Водопада достигли на десятый день. С пережитого табора манатки и провизию затащили за шесть ходок.

    Саман (шаман) Осиктачи и вождь Арма радовались. Предание предка Сэли-янгилду (ледниковый кочевник; дословно: идущий по леднику): "Воздух (кэй) на всей Земле станет ядовитым и люди низин и предгорий сдохнут..." оказалось напрасным.

    Неведомо им было: Время "Бувкэндери эриксэ" - "ядовитого воздуха" ещё не пришло...

    Сэлигир наслаждались чистым дыханием.

    Арма и Осиктачи согласились: требуется широкая разведка. Нахрапом опасно. Аргиш громоздкий, составлял 78 дю (юрт). Примерно 65-70 семей; в среднем семья 7-8 человек.

    На той стороне потока видели "накита", сохнущую на раме медвежью шкуру.

    Чужая территория!

    Здесь Осиктачи, проводит до "Обо" (Об, Обь) - границе с чужими землями, вернётся на горную часть породной земли. Там ждёт семья. По родословному "древу" Осиктачи - прмой потомок Этыра от последней, шестой жены, взятой у народа бореев, хотя Бореи приплыли с востока в Прибайкалье только через несколько тысячелетий. Значит, речь о сэлигире, носящим имя древнего предка.

    Узнав о длительной стоянке, главы семей подобрали места на террасах. Шум остался внизу, над водой. Достаточно отстраниться от речки на пятьдесят-шестьдесят шагов и звучание не заглушает иные звуки, хотя внизу ущелье гремит, хлюпает, журчит, шелестит, а ближе к водопаду ревёт в теснине.

    Вода, всюду вода. От вершин хребта она стремится вниз, просачиваясь, протекая, медленно уничтожая любые преграды... и нет такой силы противостоять воде.

 

                                                                 7.

    Пронзительная синева над сияющей толщей ледника; он отсюда кажется угрожающей стеной. Подняться, преодолеть и сойти в страну Илэнг (верхнее течение реки Лена-Илэн). Ледник волновал, тревожил, вызывал выспренность перед величием пространства и времени. Давным-давно, более трёх тысяч лет назад, предок-вождь привёл из бесконечности Янгилду, "спустившись", по преданию, с Верхнего мира через отверстие в небе-потолке "Буга сангарин", небольшое племя предков трёх народов. Среди них праотец "Сэли", ведущий родословную от мамонта. Две проматери, отданных в жёны тунгусам-урэгэн (горцам). От них народы Ламагир (ассимилированных бореями) и Чилчагир-ойрад.

    Сэлигиры (шилягиры), потомки Сэли, занимали часть восточной приламутской (Прибайкальской) территории, прежде принадлежавшей ламагирам. К 10 веку нашествие многочисленных киндыгиров (собственно эвенков) с восточных территорий, изгнанных мигрирующими группами мохэсцев, называемых аборигенами "другие эвэнкэ". Киндыгиры препятствовали охоте шилягиров, рыболовству, разрушая "заколы", переставляли метки, запутывая направления. Приводили в негодность дяв (лодки) и самоловы. Начались якобы столкновения, что вряд ли правда. По рассказам стариков Нгамакта (Комарицыных), киндыгиры "пакостили", избегая открытой войны. У них всегда предусмотрены тропы бегства. В конце концов шилягиры откочевали с Витима, Лены, Вилюя и Муи. В 16 веке, некогда родственные чилчагиры, зарождённые от второй дочери Этыра, явились на приток Верхней Кэтэнгэ (сейчас Ангары). Приток назвали "Чуро" - "очень страшная"), по имени прежней родовой реки "Чу, Чуя" (Жуя - приток Вилюя), откуда бежали от эпидемии чумы (?). Воинственные чилчагиры (ночные боевики), сходу развязали войну с шилягирами. Те спешно отступили на запад - на реки Кута, Кэтэнги (Тунгуски), Непу. Война прекращена национально-освободительной борьбой в 17 веке с колонизаторами-казаками. Сейчас, в начале 21 века, немногие выжившие шилягиры (сэлигиры), компактно только в Катангском районе Иркутской области.

 

                                                                     8.

    "Явившийся на чужую землю семьёй - гость. А племенем - конкурент!"

    Арма ждал послов. Не сомневался, хозяева территории давно знают о чужаках. Организовали две засады - выше и ниже по течению от стойбища.

    Наконец-то тревога! Семь воинов, вооружённых копьями. Мощные сэлигирские луки натянуты. Кидани (копьеносцы) медленно положили оружие на камни. Сцепили руки- знак дружелюбия. Вождь Арма спустился от стоянки. Всмотрелся в лица "хозяев". И тоже выразил мирность. И те, и другие получили нужную исчерпывающую информацию. Показали вождю вдоль речки вверх, к водопаду - там переберутся на эту сторону.

    Арма объяснился народу:

    - Ламагиры! Овальные татуировки на лбах. Разделены линией. Два озера: Байгал - "Стоячий огонь" некогда действующего и заснувшего вулкана. И Ламу - "Большая вода за болотом". Когда илэнг появились с востока, увидели, озеро Хэгдыткум (Верхнеангарская впадина), синоним "Ченча" (чилчагирское наслоение), превратилось в болото. А за ним огромное море воды. Ла+му (ла-болото, му-вода)! Разделяющая линия означает хребёт Олзон. Эти "Морские" живут здесь со времён, когда берег был далеко ниже и хребёт разделял море надвое. По нему проходила часть "Пути между севером и западом", которую контролировали ламагиры. Нам ламагиры близкие родичи. Их род от дочери Этыра - Ин (жизнь). А наш от Сэли, её двоюродного брата. Сестру Халан взяли в племя горцев-чилчагиров... Вот почему, поперёк вашего Совета (Суглана), повёл на запад. А отсюда - на север. И не потому, что там благодатный край. И там потоп будет. Осиктачи поведал, вода через время и туда хлынет. Но, главное, грянет Стужа. Но поддержал меня, потому что через кочевников знали: среди лесных народов есть потомки Халан и её мужа Хисэ (камень). Они знатные хуннги (хунну) - скотоводы. Остались ли они родственниками или давным-давно утратили кровную связь? Ведь тысячи лет промелькнули...

 

                                                                     9.

    Живое изгнано вонючими ядовитыми туманами, тяжёлыми и липкими.

    Переговорив с послами ламагиров, сэлигиры получили приглашение на стойбище "хозяев" на встречу вождей. Тогда же Осиктачи ночью уединился для обряда и уже на стойбище не вернулся.

    Вожди Арма Мотыпки и Мэрдэк ( Горбатый) уединились в дю (юрте), установленной в широком сухом распадке, на бугре, окружённом рукотворным рвом.

    - Каждый год углубляем, - рассказал Мэрдэк. - Ров откачивает сырость. Кругом вода, а здесь сухо. -Хотя Арма всё прекрасно знал, но, по обычаю, "заинтересовано" кивал. Главная задача рва уберечься от одного из главных бедствий илэ (человека): мышей. Если так оставить шкуры, запасы ягод, орех, сушёной рыбы, мяса, то будет великое нашествие грызунов. Всё сожрут. А через ров с водой им не перебраться. К тому же стенки рва круты. И зверь покрупнее не сунется - ловушки боится... - Хорошо, - Мэрдэк перешёл к делу, - старики дым ещё вчера учуяли. А то бы не встретились. Быть бы вам в беде! Влезли в горы. А там тропы нет. Скала стеной. Путь в верховья Илэн (Лены) начинается здесь. А так-то от берега Байгал. Долго ведёт вдали от реки. В два раза дальше. Но в два раза быстрее, чем через гольцы. Я-то планировал лето здесь, на границе с вами, отстоять. Злые духи (хозяева болезней) снизу крадутся. Бунгэнэ (падаль, падёжь). Мы уже на перевале Нгонки (неприятный запах) учуяли. Худо? Почему так произошло? И что теперь будет?

    - По нашим местам река огромной петлёй - тунгир. Вода пошла напрямую, насквозь. И туши сэлир-мамонтов затащило на кривун. Там огромное гноище - день бежать, чтобы миновать. Так и на других тунгирах. Мимо нас проплывали на дяв (оморочках) эвены. Пять дней у нас стояли. Они рассказали, внизу таких гирамки-могильников в каждом улове. Пять-десять туш и множество грызунов - сусликов, хомяков, зайцев... Полно всяких передохло! Какие мамонты выжили на ерниках, быстро всё подчистую съели - травинки не найти. Даже землю (почву) ели. К зиме двинулись к замёрзшим озёрам травкой по берегам перебиться. Провалились, вмёрзли. Дохлятину прибило к нашим стоянкам. Там предки рыбу ловили. И мы тоже. А теперь не подойдёшь. Дохляки везде. Начали болеть. Решили спасаться в верховьях. И только в горах задышали...

    - За перевалом серьёзные враги. Они уже сто лет воюют с хунну. Правда, многие хунну-эхачи бэгдэрин (светлоглазые) уже ушли. Оставшихся лучше обходить горными тропами.  А если встретятся эвэнкэ? Воевать?

    - Может, и так. - Арма понадеялся. - Давным-давно туда ушла с мужем наша Халан, дочь праотца Этыра. Сестра вашей проматери Ин. И вам не чужие. Верю, потомки их не забыли родичей. Будем готовы ко всему. Луки у вас худые. Только куропаток стрелять да белок. Воевать не годятся. Надо переделать какие, и сделать новые. - Так они обговаривали каждую деталь. Во время кочевья размышлять некогда.

 

                                             (Продолжение следует)

 

                                         Александр Гурьевич Латкин.

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

                                                    Глава первая

                                                    ЯНГИЛДУ

                                                          1.

    Белый мир безмолвия. Мальчик Сэли тяготился неживыми звуками из миллиардов режущих сверканий. Привычные звуки угасли. Глухо. Под волокушами заледенелый снег скрежещуще. Шуршащее шипение, при останвках, не стихало. Мириады снежинок бесконечно скользили, замирали... и вновь пересыпали Лдеяное царство.

    Маски из замши, с узкими прорезями - не сжечь глаза. Деревянные прокладки от прилегания. К вечеру, у взрослых на коже круги у глаз и полосы на щеках. Для детей сшито коробом покрытие (купуптынкан) для волокуш, с прорезями; через них малыши общались с мамами. Женщины тащили волокуши поодаль.

    Пятый день. Вождь Этыр поднял руку. Элгэвун-краван замер. Показал посохом вверх и влево. Высоко-высоко в синеве хищники - восемь собравшихся пар. Голодные! Поэтому и сбились в стаю. Кэрел - зимующие вороны. Птицы пролетели по кругу, обозревая шествие людей, изредка взмахивая крылами, планирующе "поплыли" от направления кочевья правее.

    Одиночество разрущилось! В царстве неживых звуков - птицы! Жизненное. Задышалось свободно. Не так теперь угнетала ледяная пустыня холодной враждебной бесконечностью.

    Мужчины, и догнавшие женщины, заметно по разговору, повеселели, озадачив Сэли.

    Развернулись за воронами. Подростку ничего не растолковали - должен постичь сам.

 

                                                                          2. 

    Тонко зазвенело - снежинки заструились. Хиус. Расплывчатое солнце высоко. На материке кочевать бы долго. На Янгилду иные законы. Мужчины, женщины, девушки, малыши энергично копали ямы-ниши. Орудая каменными топориками, вырубали пласты. На полутораметровой глубине ледяная твердь. Уложили шкуры вниз шерстью, другие наоборот, с загибом на стенки. Сэли помог женщинам закрепить меж бортами тыевуны перекладинами-опорами. Сверху волокуши. Толсто засыпали снегом. Мальчик ушёл помогать мужчинам.

    Нёрамни Этыр прицелилися по меткам, оставленным назади. Сделал канавку, уложил в неё палку - указатель пути назавтра. Метки - пирамидки из снега выдерживать строгую прямую линию движения, иначе собьёшься на круг, вечерним ветром разрушит.

    Небо покраснело - солнце за окоём. От заката, как и в прошлые вечера, надвинулся гул. И вдруг разом задул тугой ледяной ветер.

    Мясной ужин скудный. Экономили. Сушённое измельчённое мясо, смешанное с диктэ (голубицей). Заедали медвежьим салом. Мужчины поели первыми, не дожидаясь полного устройства "женского" ночлега, залези в своей норе в мешковатые "кокчу" и быстро уснули. Женщины, при слабом свете заката, а потемну ощупью чутких пальцев, занимались починкой одежды и снаряжения. А как вовсе стемнело, устроили детей, двух девочек и четверых малышей, на сон. Не угомонились. Ждали Сэли.

 

                                                                    3.

    Как не таили от женщин и детей тревогу, кочевье в серьёзной опасности. Взрослые мрачнели. Меняли направление. Пропасти! Глубоко чёрная вода. Год от года ледяной мир убывал от гор. Подросток слышал мужские срывы: "Мы в ловушке!" Этыр как будто глух. Он "ведает" как поступить, отвечая за жизнь каждого из племени.

    Уходя от края умирающего ледника, вышли на плато. Трещин много. Но пропасти не встречались. Нервозность спала. Хотя бы угрозы нет попасть на обрушение. Воздух суше - не жжёт, как влажный при малейшем ветерке. У трещин выискивали узкие места - тыер. Укладывали жерди мостиком , связывая под низом двумя поперечинами. Этыр всегда переходил первым, подстраховывал маутом-арканом женщин и детей...

    Сегодня произошло грандиозное: появились хищные птицы "кэрел". Племя воспряло духом! Вороны нашли людей не просто. Этыр, конечно, виду не показывал, но все чувствовали приподнятость духа вождя.

 

                                                                    4.

    Сэли, отработав  по ночлегу, одолел ветер на коленях. Заполз в "женское" убежище. Дети завизжали от радости. Невесты зашевелились в кокчу-спальниках.

    - Принёс загадку? - спросили мать. Казалось, живая темнота радовалась подростку. Даже суровая Энэкэ (проматерь или бабушка рода) и та поддержала восклицанием. Сэли заважничал:

    - А как же?! Я пустой не хожу в гости.

    Девушки воодушевились. Одна подначила:

    - А сам-то отгадку знаешь?

    - Конечно! Сначала скажите: почему мы свернули туда, куда полетели кэрел?

    Начались предположения. Все они далеки от  истины. Наконец, разноголосицу прервала энэкэ:

    - Оли аякитчары бэйнэ (Ворон - вещая птица). И чего бы им от гор голодными так далеко лететь? Зачем? Ни птицы, ни звери просто так ничего не делают. И вороны кое-что без человека сделать не могут. - Подсказка не помогла. - Тебе, Сэли, скоро в жизнь племени из семьи входить. Самому надо искать ответ. А теперь пора загадке.

    - Встретились на Илэн-бира (река тунгусов) два сонинга (богатыря-воина). Там был остров. Прямо посередине. Одна протока - очень опасная корягами-топлояками. Богатыри знали по преданию. Сели они друг против друга (лицо в лицо) и заспорили. Один говорит: надо нашим людям плавать вот по этой протоке. А второй указывал на другую. Стали ругаться. И... разодрались. Такой шум подняли. Деревья с корнями вырывали, бросая друг в друга. На острове жили укэнг-гагара и кирэктэ (чёрный дятел). Гагара послала дятла к Богу Амикуну, попросить прекратить побоище. Амикун сказал: "Пусть укэнг превратится в старуху и крикнет богатырям, чтобы они сели рядом (плечом к плечу) и посмотрели внимательно на остров..." Так и сделали. Богатыри сели рядышком, поняли божеское и долго смеялись. А потом похлопали друг друга по плечам и разошлись с миром! Почему?

    После разгадывания, напоследок, послушали сказку энэкэ про сулаки (лисицу) "Почему лиса мышей ест". Раньше сулаки умела летать. Крылья на ночь прятала. Мыши нашли крылья и погрызли перья. Утром лиса нацепила крылья, взлетела, перья вывалились и она упала. С тех пор лиса за мышами гоняется и есть их.

 

                                                                   5.

    ...Сэли, подталкиваемый усиливающимся ветром, добрался на коленях и сходу залез в нору. Мужчины крепко спали. Закрывшись в кокчу с головой клапаном, сшитым полосами ("чтобы всяко-разно нос дорогу к воздуху находил"), иначе до смерти угоришь...

    Янгилду завопил на разные голоса, от самых тонюсеньких и звонких до сурового гула в верхах. Музыку ледяной древности называли "Тыкун" - гнев Духов, возвращающихся с охоты на Небеса, к звёздам, а другие - в Мир мёртвых. Это для того, чтобы сбивать с толку своих противников. А Духи никогда мирно не существовали... как и люди. Мужчины Илэ, уходя на промысел, гневались (задано с дества) от каждой мелочи или вовсе без причины, зло, искренне. Поведенческая особенность дисциплинарного значения для локального сообщества. Домочадцы, заслышав приближение главы семейства, хватались за дела, кто за рукоделие, кто стряпание, кто за налаживание снаряжения, хотя семьянин не заругается, ни слова осуждения... Жена спешила выбежать навстречу.

    При уходе на промысел, искусно вызванный гнев, поомогает обмануть зверя "запутыванием" связающего всё живое в одно - Духа Хэркучэ, отвечающего за движение, поход, скрадывание, добычу, и связь с божественным Эксэри. Не обмани бложественное, то оное предупредит зверя или человека-врага. Бог Эксэри всегда справедливо на стороне жертвы. Сам охотник и вся семья в раздражении от оскорблений как бы выпадала из поля внимания Бога. Человек в спокойном состоянии обязательно будет думать о главном - об охоте, выдавая подлинные намерения миру и Эксэри. Богу помогают птицы. Они особым криком предупреждают об опасности. А когда она близко - мёртвая тишина. Зверушки и звери спасаются бегством.

    Сэли крепко уснул. Начала властвовать над ледяным миром звёздная Бездна и вечерний ветер "Силвер" засыпает, и наступает шипящая тишина - "время цветных снов".

 

                                                                   6.

    Матерь (энэкэ - главная мать) следила за жизненно необходимым. Никаких уступок! Требования безжалостные. Одно из главнейших - соблюдение чистоплотности. Складки тела дожны тщательно промыты увлажнённым (подтаявшим в ладонях) снегом. Во время пешего кочевья могут образоваться потёртости. Быстро превращаются в раны. А это беда для всех. Все основные работы выпоняли женщины под её руководством. Четыре крепких молодицы-асил помогали ей во всём. Одна из них, вторая жена Этэр по обычному закону, мама Сэли. Ей было пятнадцать, когда мальчик родился. Отец Сэли однажды не вернулся с охоты в горах. Три дня прождали и отправились. Один раз Этыр, в другой - старик, тогда, восемь лет назад, он был ещё жив, возвращались с пути на старую стоянку. Так и не пришёл. Подозревали, всё-таки жив и добровольно, как неудачник, не в состоянии прокормить семью, не дожидаясь приговора племени, сам стал изгоем - эрисивчэ.

    Сэли и мать влились в семью Этыр. Первая жена, главная, после энэкэ, воспитывала две девочки, теперь уж асингат (невесты). В кочевье входили две семьи родственников - двоюродного и троюродного братьев вождя. Их дети малышки и малыши. Жены, на материке, вели хозяйство отдельно. На Янгилду полностью плодчинялись Энэкэ. В кочевье делами заняты все. Даже невесты. Они занимались тонкой выделкой (последняя стадия обучения), доводя кожи до ласковой мягкости, шили, украшали орнаментами, сучили жильные нитки, заплетали косички у мальчиков и мужчин. Энэкэ, между делом, учила внучек всяким премудростям, коими должна обладать юная жена.

    Из-за невест-то и начат сей опасный путь через Янгилду к чужим горам, надеясь на возрождение почти вымершего племени. Где-то там кочевал род охотников. Ещё этыркан (дедушка Этыр) договорился взять из того рода двух парней, если народятся девицы. Или наоборот. Вожди обменялись договорными хутакар (сумочками). В них положили, срезав, по косичке. Договор заключён на век (семьдесят пять лет). Умирая, этыркан передал хутакар Этыр.

    Сэли посмеивался, смущая двоюродных сестёр:

    - Эдэнгэр (женихи), наверное, все глаза проглядели, ожидаючи! - Подставлял ладонь к глазам, изображая ждущих. Девушки прятали лицо за узкими ладошками, краснея. Взрослые понимающе улыбались, а малышня звонко смеялась.

 

                                                             7.

    Этыр замер, склонившись. Махнул рукой "подойти". Сэли подбежал боком, прижимая плечо к подбородку, защищаясь от ледяного пронзающего хиуса - арчантыки эдыкан.

    - Гирку!? (Волк?!)

    Мальчик кивнул. След волка лёгкий, едва заметный, вот-вот исчезнет.

    Этыр спросил:

    - Эмаденни? (Что собираешться делать?)

    - Асактадя-ми! Удяктадя-ми! (Гнаться! Преследовать!)

    - Элэкин! (Правильно!)

    Этыр хмурился. Что-то тревожило, непонятное и угрожающее. Похоже, он и сам не мог понять причину. 

    - Ты ничего не чувствуешь? Помимо волков.

    - Нет.

    - Энэкэ чувствует. Со снегом разговаривает... Утром видел.

    Вороны и волчьи следы в ледяной пустыне - огромное событие для племени. Значит, серьёзный риск следования за хищными птицами оправдался. Янгилду не прощает ошибок. Даже малюсенькая может стать гибелью. Этыр (вопрос и без того решённый) выслушал всех, даже маленького Аякэна спроисл:

    - Удяктадя-ми? (Преследовать?)

    Малыш звонко и счастливо засмеялся, довольный.

    Вождь повернулся к старухе:

    - Гуннэ-ми! (Говори!)

    - Сугиндерэн (Там ураган бушует!) Снежинки шибко ругаются, поют!

    - Ждать утреннего ветра не будем. Времени отпущено мало. Если Суги (Буря) нас накроет ураганом, тогда и будем решать.

    Ветер "запрягли" ближе к полудню. Лёгкие волокуши из шкур сохатого загружены манатками. Шкуры засушены продолговатыми коробами шерстью наружу - сирункэ. Хорошо скользили вперёд, а при подъёмах шерсть растопыривалась и не давала скатываться. По ледникам или по льду огромных озёр (время одиннадцать тысяч лет до Рождества Христова), волокуши стремительно скользили по насту. Использовался ровдужный (тонко выделанная замша) парус типа "парашют". Парус крепился полусырыми маутами, сплетёнными из четырёх полос кожи. Люди поднимали парус "отдать ветру". Он выдёргивал из рук вперёд и тащил волокушу, как в будущем запряжённые кони или олени. При опасности (трещины или крутолобый нанос) парус сминался, ездок телодвижением разворачивал волокушу. Вздыбившаяся шерсть начинала резко замедлять, позволяя выскочить, остановить или перетащить сходу волокушу через препятствие...

 Этыр и Сэли отправились по направлению вчерашних волчьих следова, оставляя волкушами полосу в свежем снегу - выпал порошей ночью.

 

                                                                  8.

    Иргичир (волки; дословно: хвостатые)! Бело-синие пространство, раскинувшееся на сколько глаз хватало, сильно обманывает, искажая холодным воздухом: звери казались огромными. Один волк (страж) стоял. Семеро других лежали кучно, защищаясь от стужи и ламус (южного ветра). Этыр присел, потом встал на колени.

    - А вон и сокжои (олени)...

    Сэли увидел как будто бело-серый остров посреди ослепительной белизны. Над стадом туманное облако от дыхания. Олени постоянно двигались по кругу. Этыр предположил, "вот-вот начнут вытягиваться в ход".

    Волки теперь знали о "нахлебниках". Люди и вороны. Вороны потихоньку приблизились к стае, готовые взлеть. Молодой волк вскочил и погнался за птицами. Они взлетели и, борясь с потоком воздуха, уселись поодаль. Появление людей-грабителей резко меняет поведение хищников. "Режут" больше: напитаться самим и дать пищу двуногим, которые всё равно её отберут.

    Этыр и Сэли вырыли в снегу лёжки - приготовились неизвестно сколько ждать. Подтянулось всё плоемя. Окопались. Стадо оленей начало смещаться. Волки вскочили, но оставались на месте. Похоже, ждали, пока животные не вытянутся в вереницу.

    Звери, они голодные, видно по следам и брюхи подтянуты, обязательно начнут охоту. Этыр разъяснил мужчинам, не имевшим опыт охоты с волками.

    - В нужный момент, я дам сигнал, надо набежать. Отогнав волков, тут же вырезать мясо вокруг ран (избежать заражения паразитами). Часть печени и кишки воронам. Когда волки снова добудут, то в ту сторону даже не смотрите. Могут напасть загрызть и придётся отбиваться.

    Сэли сообщил:

    - Волки побежали! Врассыпную.

    Началось. Мужчины заторопились, привязали к тыевунам ремнями укроченные копья-оноптун, с нефритовыми наконечниками. Надели поверх меховых широкополые куртки (подобие крыльев), нагрудники и наколенники (избежать травм при падении). Тыевуны поперёк груди, прихватив особыми петлями, чтобы создать "крылья" для использования потока воздуха. Ветер ослабел, но для летящего бега силён.

    - Как скроемся из глаз - следуйте за нами, - приказал Этыр. - Сразу начинайте шуметь. Звук до "хвостатых" одновременно с нами долетит. - Он выскочил из ямы, на ходу раскинул полы-крылья. Мужчины следом! И "полетели" за вождём, семеня ногами, местами подпрыгивая. Удаляясь, как будто становились больше, больше... И вдруг исчезли. Племя, устроив паруса на волокушах, помчались, голося истошными криками.

 

                                                                    9.

    Волки "зарезали" пять оленей. Их настиг рёв и гул. Звери, бросив добытое, погнались за стадом. Два волка-загонщика отсекли с десяток сокжоев, развернув против ветра. Подоспела основная стая. Стадо перестало бежать - жертва свершилась. До горных пастбищ далеко. Для них последняя волчья напасть на нынешнем пути. Насытившись, волки улеглись, наблюдая за людьми, волочившими тяжело гружённые мясом и шкурами волокуши. Звери будут тут жировать, сказал Этыр, пока не останется одна шерсть.

    К вечеру всё изменилось и поразило необычностью. Обрушилась густая тишина. Люди замерли изумлённые. Волки, не обращая внимания на извечных врагов, в десяти шагах промчались вслед за стадом. Что это?! Испугались урагана!? Для сытых зверей не страшен. В мире происходит нечто великое. Надо спасаться самим, если время не упущено. Бежать! Бежать, как и волки в неведении, в ужасе, может быть, прямо в "пасть" гибели.

 

                                                                  10.

    На Янгилду все манатки и снаряжение привязывались. Порыв мог ударить в любую минуту и утащить безвозвратно. На сей раз привязали даже детей, усадив в одну волокушу. Все женщины должны следить, чтобы с детьми ничего не случилось. Ураган надвигался. тишина наполнялась зловещим шуршанием (дыханием Суги). Потекли струи снега - позёмка. после начавшейся хигинмэ (метели) нагрянет суги-ураган. Энэкэ, прибавив ходу, приблизилась к вождю, кринкула:

    - Пора "зарываться. Или будет поздно.

   - Эвэски! (Вперёд!) - Вождь боялся в ураган потерять след, а потом и запах стада - теперь единственное спасение.

    Ночью, когда буря начала сбивать с ног женщин, Этыр принял решение. Связали волокуши в одно, уселись, на передних установили паруса и помчались на страх и риск. Бурей связку снесло вправо от стада. На рассвете увидели: олени вытянулись в вереницу, уходящую как будто прямо в облака. Люди, сопротивляясь сильному боковому ветру, связанные друг с другом маутами, медленно продвигались меж порывами. Видели волков. Они стремительно обогнали оленей, исчезнув в пелене. Люди пристроились за стадом. Справа и слева чернели пропасти. В леденящей ужасом чёрной бездне далеко-далеко внизу бились высокие волны. Вокруг, в небесах, внизу ревело и свистело, завывало дикими голосами и пронизывающими воплями. Ледяной перешеек сужался. В узости олени сгрудились, затеснились. Несколько животных сорвалось в бездну. Сэли оглянулся и увидел полные ужаса глаза мамы. Бодро помахал ей, держа ладонь ребром к ней: всё отлично! Ничего не бойся! Я с тобой! И она чуть улыбнулась, уставилась под ноги, налегая на постромки, видя только переднюю волокушу. Из-за спины мамы, дети, обрадовавшись уверенности и спокойствию старшего друга, засветились улыбками.

    В самом узком месте обнаружили: лёд висит тонким мостом, а под ним бездна в несколько сот метров. Видны свежие обломы по краям. Много оленей рухнуло в ледяную пучину. Быстро связали свободные мауты прочными узлами. Этыр прошёл первым, закрепился, выдолбив ямки-упоры топором. Страхуясь маутом, все благополучно миновали гибельное место, потом успели ещё перетащить тяжёлые волокуши. Далее перешеек расширялся. По нему вышли в ущелье, взобрались на каменную площадку и замерли, не веря пока в спасительную твердь. Кто-то, нервно засмеявшись, показал на скалу. На краю серо-рыжий Матёрый. Волк будто оглядывал людей: все ли спаслись? И вдруг резко присел на задние лапы, повернувшись к леднику. Люди инстинктивно оглянулись. Перешеек, ещё миг назад - связь с Прошлым, с грохотом ухнул вниз.

    Янгилду умирал, превращаясь в море-ламу.

                                                          (Продолжение следует)

 

                                                   Александр Гурьевич Латкин.

 

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

  

    

                                                       Реплика

    Сергей Петрович, коротко. О национальных проблемах. Только что опубликована в газете "Вестник ассамблеи народов Севера..." моя статья "Национальный образ жизни в современных условиях". Сегодня или завтра электронная версия газеты будет выставлена в интернете. Будем живы, осенью, поговорим об остальных конкретных направлениях, интересующих ваших эвенков.

 

    По поводу Мессинга.

    Всякое предсказание - предчувствие, предупреждение из Ноосферы - Всеобщего Разума - Духа Святого. Предсказания для того и рождаются, чтобы вызвать защитную реакцию определённых сил, чаще всего, корректирующих возможное событие, минимизировать последствия, если не удастся избежать. Правда, мало кто из правителей прислушивается, не пытаясь рассмотреть серьёзное предсказание, хотя бы как одну из версий будущего.

    Вас напугало предсказание Мессинга о "резкой смене власти в России в 2023 году". Оснований нет для переживаний по сему поводу. Грубо говоря, смена власти ныне - не смена лидера. По нашим аналитическим соображениям, власть должна резко измениться верно! Тут уж не до многоходовок. Смена курса, стиля, определение новой сверхзадачи... неизбежно смена функционеров, аппаратных руководителей и т.д., создание чётких и прозрачных требований к руководителям всех рангов. Надвластному субъекту, в данном случае, Президенту Путину В.В. придётся. Вполне возможно, если субъект не "сдулся", не "законсервировался" в якобы безысходности", в политике России произойдут колоссальные изменения (подспудно и самопроизвольно уже происходит). Ну, а новый пророк, по Мессингу, то сие явление есть постоянное, как и второе пришествие Христа. Поживём - увидим! А то, что назрела новая идеология - безусловно.

 

    Теперь о вычислениях уважаемого Сидика Афгана о "падении режима Зеленского 17 июля с. г. Три варианта. Устранение центральной фигуры режима. Второй - государственный переворот в период с 17 по 26 июля. Третий - решительное и победоносное наступление наших войск, которое может закрыть многие проблемы, очень многие и очень болезненные для народов России, как, например, издевательское отношение руководства Турции к нашему государству.

 

    Да, Сергей Петрович, переживаю остро не меньше Вас. Просто поразило наглое, развязное заявление турецкого лидера, раздувшегося от важности, что "зерновая сделка состоится и без России. И что зерном загруженные суда будут сопровождаться турецким флотом".

    Пусть будет так. Без России?! Сие снимает с нас негласное вето на уничтожение всей портово-погрузочной инфраструктуры, когда не будет ни возможности погрузки зерна, ни функционирования порта, ни подъезной логистики... ничего не будет! Это первое. Без России? Объявить народами России, несмотря на сдержанную позицию Кремля, которая становится всё более непонятной и не выгодной для страны, бойкот связям с Турцией, как по приобретению турецкой продукции, так и туристическим поездкам россиян на курорты Турции, тем более, что они  и сами не хотят нас там видеть, подняв цены исключительно для русских. Без России? Поэтому считаем, эти народные меры - наивысшее и подлинное проявление ПАТРИОТИЗМА. Третье. Поддерживать нашего Президента в тяжелейший момент цейтнотовой ситуации. В любом случае! При любом, кроме предательства, разумном решении. Даже будь это полный отказ от контактов на высшем уровне, когда Эрдоган в позе "большого и крутого" босса, оскорбительно нисходит - "желает выслушать вторую сторону", а он, дескать, подумает... Если даже наш президент ответит на телефонный звонок - это такой прогиб-поклончик, унизительный для россиян... Переживём! О чём говорить-то?! Оставить деловые контакты на уровне правительства и ведомств, ведущих исполнение контрактов с Турцией. 

    Увы, России не оставили ни одной другой возможности "решительного ответа". Более того, повторяюсь, о чём теперь разговаривать? Эрдоган, с важной,  презрительоной миной, уже "продлил зерновую сделку", заявив, что она продолжится и без России...

 

 

 

                                                                АГЛ.

 

----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------